Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Познер Владимир Александрович

См. в Википедии Познер Владимир

Источник: Википедия
(Pozner) Владимир (р. 5.1.1905, Париж), французский писатель. Член Французской компартии 
с 1932. Среднее образование получил в Петрограде, Москве, высшее — в Сорбонне. 
Участник 2-й мировой войны 1939—45. Печататься начал на русском языке (1923). Первая 
французская книга — "Панорама современной русской литературы" (1929). Автор 
публицистических книг о Советском Союзе — "СССР" (1932), "Тысяча и один день" (1967), и 
США — "Разъединённые штаты" (1938), "Кто убил Бэррела" (1952, рус. пер. 1953), 
"Эскалация" (1968). Романы П. "Закусив удила" (1937), "Траур за сутки" (1942, в рус. пер. — 
"До свиданья, Париж", 1965), "Испания, первая любовь" (1965, рус. пер. 1967), его рассказы в 
сборнике "Место казни" (1959, рус. пер. 1963) отображают психологию личности в моменты 
острых исторических конфликтов. П. — автор многих киносценариев, переводчик и 
популяризатор русской советской литературы.

Из Познера В.В.

Словом, мой отец рос в типично русской интеллигентской среде, в которой терпимость, открытость взглядов и жаркие споры по всякому поводу были такой же частью ежедневного "меню", как и утренняя гречневая каша. Когда Февральская революция 1917 года привела к отставке царя, а за ней последовал ноябрьский большевистский переворот,

Познеры, как и большинство русских интеллектуалов, этому горячо аплодировали. Мой отец и две его сестры учились в одной из лучших гимназий столицы Тенешевской , не подпадая под пятипроцентную "еврейскую" квоту . Точно так же, как не подпал под нее их отец, мой дед, окончивший Институт инженеров путей сообщения, одно из самых престижных высших учебных заведений страны, куда евреям путь был заказан.

Позже он был направлен лично Николаем II в США с двумя заданиями: закупать оружие для России и изучать мостостроительное дело. Почему-то мне кажется, что мои предки с отцовской стороны были рады освободиться от своего еврейства. Мой отец никогда не выказывал ни малейшей причастности к еврейскому миру.

Он свободно изъяснялся на нескольких языках, но не знал идиша, не говоря об иврите. Ни он, ни его сестры не проявляли интереса к еврейской истории и культуре. Познеры были атеистами (полагаю, что выкрест- родоначальник был побуждаем в своем решении помыслами не религиозного толка), что, впрочем, совершенно не мешало им праздновать Пасху - с крашением яиц и поеданием куличей домашней выпечки, равно как и Пейсах - с поглощением рыбы-фиш и прочей сугубо еврейской снеди. Эта готовность отмечать религиозные праздники по форме, но не по содержанию представляется мне вполне типичной чертой русской интеллигенции.

Советские люди с энтузиазмом празднуют Пасху и по григорианскому календарю, по которому живет почти весь мир, и по юлианскому, по которому живет Русская православная церковь, не говоря о еврейском Пейсахе, и подобного я не встречал больше нигде. То же относится и к Рождеству , которое празднуется и 25 декабря, и 7 января. Понятно, что в стране атеистической эти религиозные праздники не являются официальными, но большинство выпивающих и закусывающих по этим дням тоже не сильно верующие. С другой стороны, Новый год считается в СССР государственным праздником и отмечается 31 декабря... что не мешает населению чествовать и старый Новый год 13 января.

С тех пор мало что изменилось в отношении готовности жителей России праздновать все что угодно, лишь бы выпить и закусить. Однако есть одно изменение весьма принципиальное: роль Русской православной церкви и место, которое ей отведено сегодня.

Когда папины родители разошлись, его отец уехал в Литовскую Республику , в Каунас , где основал стекольную фабрику, существующую, насколько мне известно, по сей день. Он стал гражданином Литвы.

Вскоре после того как СССР, воспользовавшись тайным протоколом к Советско-Германскому пакту 1939 года , аннексировал балтийские республики, был опубликован указ Верховного Совета СССР, гласивший, что любой гражданин Латвии, Литвы или Эстонии, а также их взрослые дети, вне зависимости от места проживания, имеют право на немедленное получение советского гражданства. Мой отец немедленно отправился в Генеральное консульство СССР в Нью-Йорке и получил советский паспорт. Точнее, не паспорт, дававший право на въезд в Советский Союз, а вид на жительство. Так он стал советским гражданином.

Мой отец встречал революцию десятилетним. Он навсегда запомнил те пьянящие дни с их обещаниями братства, свободы и равенства, с блоковским Христом в венчике из белых роз во главе революционного марша, с моряками-балтийцами в черных бушлатах и клешах и с лихо надвинутыми на самые брови бескозырками, с пулеметными лентами крест-накрест через грудь; моряки шли, чеканя шаг, чтобы остановить угрожавшие красному Питеру силы белого генерала Юденича. Эти "картинки" и порожденные ими идеи серьезно повлияли на моего отца, на его формирование; уверен, что отроческие впечатления сохранились в его душе до конца жизни.

Он не был сентиментальным человеком, напротив, всегда держал эмоции в узде, я лишь трижды видел его плачущим. В 1940 году, когда мы бежали из оккупированной Франции и он прощался, возможно, навсегда со своей любимой младшей сестрой; в 1968 году, когда он стал свидетелем уничтожения созданной им Экспериментальной творческой киностудии (ЭТК) - дела его жизни; и однажды, незадолго до его смерти, когда он рассказывал мне о своем детстве и о том далеком воспоминании - об отряде марширующих матросов революционного Балтфлота, певших песню с малопонятными для меня словами "наши жены - пушки заряжены". Заметив, как слезы катятся по его щекам, я, испугавшись, спросил, что случилось, и отец ответил, что песня эта напомнила ему о детстве, о Петрограде восемнадцатого года, о русских мужиках, которые и в самом деле не знали ничего, кроме пушек, и лишь бесконечно воевали - то на фронтах Первой мировой, то на баррикадах революции, то на Гражданской войне; о мужиках, которым некогда было влюбляться, жениться, иметь детей; мужиках, которые пели эту песню с каким-то остервенелым юмором, смеясь над собой, пушкарями-ебарями, чьи дети-снаряды несут только смерть да разрушения; еще тогда, в восемнадцатом, песня эта пронзила его сердце - и рана так и не зажила.

В 1922 году семья Познеров эмигрировала из Советской России . К этому времени Гражданская война закончилась, было ясно, что большевики пришли надолго. Стало понятно и то, что революция не явилась воплощением всех ожиданий тех, кто изначально встретил ее восторженно - в том числе моего деда.

Таким образом, Познеры, как сотни и сотни тысяч других, оказались частью того эмигрантского потока, который осел в Берлине . Проведя там три года, став свидетелем размолвки родителей и отъезда отца в Литовскую Республику , в Каунас , мой отец переехал с матерью и двумя сестрами в Париж . Там он окончил русскую среднюю школу, после чего начал работать, чтобы помочь тяжело заболевшей матери и младшей сестре - Тото (старшая, Лёля , вскоре после приезда в Париж вышла замуж за американца и уехала в США). Его ближайшие друзья были, как и он, вынужденными беженцами из России, учившимися во французско-русском лицее, который был создан специально для детей русских иммигрантов. Дружбу эту скреплял спорт, точнее, сильнейшее увлечение - баскетбол. Вместе с несколькими выпускниками школы, отчаянными любителями этой игры, отец основал команду BBCR (Русский баскетбольный клуб) . Участвуя в играх на первенство Франции, команда начала с самого низшего дивизиона и через несколько лет добралась до высшей лиги и до чемпионских титулов. Это была, скорее, не команда, а семья. Некоторые из игроков-основателей BBCR не только живы по сей день, но и, несмотря на почтенный возраст - за восемьдесят, все еще собираются по воскресеньям, чтобы побросать в кольцо; процент попадания у них поразительно высок.

Сейчас уже нет никого. Живы их дети и внуки, но ни те, ни другие не играют в "баскет" и не говорят по-русски.

Благодаря близкому другу Вове Барашу , работавшему, как и моя мать, на "Парамаунте", отец получил работу в кино - правда, на "Парамаунте" не было свободных мест, и он устроился в филиале другой американской компании, MGM . Там отец познакомился с другим эмигрантом из России, Иосифом Давидовичем Гордоном , и очень с ним сдружился. Втроем (вместе с Барашем) они снимали квартиру, выпивали, ухаживали за девушками и вообще куролесили. В 1936 году Папашка, как прозвали Гордона, вернулся в Советский Союз. Отец встретился с ним вновь лишь спустя восемнадцать лет. Иосифу Давидовичу предстояло сыграть важнейшую роль в моей жизни...

Отец и мать познакомились в 1930 или 1931 году благодаря общей профессии, тогда еще находившейся на ранней стадии развития и потому малочисленной: так или иначе, все были друг с другом знакомы. Я родился в Париже в 1934 году и был крещен в католической вере Владимиром Жеральдом Дмитрием Познером

См. Володя (Познер Владимир Владимирович)

Отец Познера В.В. в оккупированной Франции

Ссылки:
1. Маяковский в Париже - кругосветное путешествие не состоялось, 1924
2. Два товарища [Войнович В.Н. и "Новый Мир"]
3. Благие деяния Горького в 1917-19 гг
4. "Серапионовы братья" литературная группа
5. Познер Владимир Владимирович
6. Познер В.В.: плавание из США в Польшу на "Стефане Батории"
7. Виктор Александрович, генерал КГБ
8. Виктория (Тото)
9. Вильга Елена Александровна (по мужу), Леля
10. Познер В.В.: о книге "Прощание с иллюзиями"
11. Кан Альберт
12. ПОЗНЕР ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ - КТО ЖЕ ВЫ?
13. Познер В.В.: О толковании "истории"
14. Познеры отплыли во Францию, 1939 г
15. Володя (Познер Владимир Владимирович)
16. Познер Александр
17. ПОЗНЕР В.В.: МОЯ АМЕРИКА
18. Познер В.В. в средней школе имени Стайвесанта
19. Кан Брайан
20. Бабушка (по отцу) Познера В.А. Перл
21. Отец Познера В.В. остался без работы
22. Люттен Жеральдин Нибуайе Дюбуа мать Познера В.В.

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»