Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Почему же все-таки арестовали Аллилуевых?

Источник- Аллилуев В., 2002.

И все-таки летом 1993 года я познакомился с реабилитационным делом моей матери - было несколько странностей, которые меня подтолкнули к этим документам, где я надеялся получить ответ. В деле за N Р-212 (архивно-следственное дело N ОС-101263), как до этого у моего отца, было черным по белому записано, что никаких вещественных доказательств и прямых улик не имеется. Обвинение построено на показаниях, выжатых незаконными средствами из арестованных ранее Е.А. Аллилуевой , тети Жени, ее мужа Н.В. Молочникова и дочери Киры .

А показания такого рода:

"Активной участницей антисоветских сборищ и распространительницей всякого рода измышлений о Сталине явилась сестра моего отца - Аллилуева Анна Сергеевна, которая без стыда и совести чернила Сталина за то, что он якобы испортил ей личную жизнь..." Или:

"Все окружение Аллилуевой Анны Сергеевны открыто высказывало враждебное отношение к советской власти и руководителям партии и правительства..." Это выдержки из Кириных показаний.

То же самое примерно говорили тетя Женя и ее муж. Больше никаких "доказательств" в деле нет. Нет там и показаний Н.И. Бам, очевидно, они находятся где-то в другом месте. Весь этот бред и ложный оговор проверить и опровергнуть было легко, но чем фантастичнее выглядела откровенная ложь, тем охотнее она клеилась к делу. В результате - пять лет тюрьмы с истечением срока наказания 4 февраля 1953 года (протокол N 22 Особого Совещания при Министерстве Госбезопасности СССР от 29 мая 1948 года). И сидела-то она больше этого срока, даже тогда, когда, казалось, и эти оговоры теряли свой смысл и автоматически реабилитировали жертву.

Было для меня и одно радостное открытие. В том же 1948 году была арестована Р.М. Азарх , жена венгерского писателя Мате Залки , с которой мать была знакома с 1919 года. Долгое время я, к стыду своему, думал, что и ее показания повредили матери. Но эта мужественная и замечательная женщина, написавшая книгу "Дорога чести" - о муже, которого многие знают как легендарного генерала Лукача , погибшего в Испании , исповедовала в своей жизни те же законы чести. Она заявила следователю, что знает Анну Сергеевну с 1919 года и наотрез отказывается давать какие-либо порочащие ее показания. В деле я не нашел никаких указаний на то, что мать и Евгения Александровна были привезены перед смертью Сталина в Москву, как утверждала Кира. Если это было так, то за этим могло стоять только устное распоряжение очень высокого начальства, но не Берия, ибо тюремная служба не была его вотчиной и вызов был бы зафиксирован. Так что знакомство с делом вопросы мои не прояснило.

Но вот что интересно. В книге "Двадцать писем к другу" Светлана пишет: "В конце 1948 года поднялась новая волна арестов. Попали в тюрьму мои тетки - вдова Павлуши , вдова Реденса . Попали в тюрьму и все их знакомые. Арестовали отца моего первого мужа - старика И.Г. Морозова . Потом пошла кампания против "космополитов" , и арестовали еще массу народа. Арестовали и Полину Семеновну Жемчужину - не убоявшись нанести такой страшный удар Молотову. Арестовали А. Лозовского . Убили Михоэлса .

Они все обвинялись в том, что входили в "сионистский центр"..."

В действительности все было не совсем так. И. Г. Морозов, Е.А. Аллилуева, Н.В. Молочников, ГА. Угер и его жена, Л.А. Шатуновская и ее муж Леонид Тумерман и В.И. Хмельницкая были арестованы в конце декабря 1947 года. Кира была арестована 6 января 1948 года, С. Михоэлс погиб 13 января 1948 года, а мою мать арестовали 30 января 1948 года.

П.С. Жемчужина была арестована в феврале 1949 года, а А. Лозовский (Дридзо) - 26 января 1949 года. О деле П.С. Жемчужиной и о деле А. Лозовского - а это были совершенно разные дела - мы поговорим позднее, а пока вернемся к реабилитационному делу моей матери, из которого я понял, что основными его фигурантами были Н.В. Молочников, И.Г. Морозов, Е.А. Аллилуева, а также Л.С. Штерн , Р.С. Левина , И.И. Гинзбург , З.Г. Гринберг и Л.А. Шатуновская , находившиеся так или иначе в давней связи с Молочниковым , и еще стоявший за ними С. Михоэлс .

Мать и Кира попали в эту катавасию случайно. Если говорить точно, то Берия воспользовался моментом, чтобы арестовать мать и изолировать ее, - он, как всегда, любил убивать сразу нескольких зайцев. Кира была арестована скорее всего для того, чтобы получить от нее какие-то показания, в том числе и против родной тетки. А кампания действительно оказалась очень пестрая. Но была ли между ними связь? Или все это было сфабриковано?

Евгении Александровне, как известно, предъявлялось обвинение в убийстве своего мужа, Павла Сергеевича . Мать моя к этому делу отношения не имела, но следователь, который вел дело мамы, пытался получить от нее сведения, подтверждающие эту нелепую версию.

"Видите ли, - ответила ему мать, - это сложный вопрос. Я знала, что Евгения Александровна с начала 30-х годов сожительствовала с Н.В. Молочниковым. И когда сразу после смерти Павла она привела его в свой дом, я почувствовала к ней величайшую неприязнь, как, впрочем, и все остальные члены нашей семьи. Когда же арестовали моего мужа, все это показалось мне мелким и неважным, и у нас вновь наладились с ней нормальные отношения. Ну а что касается ее причастности к убийству Павла, то на этот счет у нас нет и никогда не было никаких данных, никаких аргументов и даже предположений".

Следователь тогда же поинтересовался у матери, кто ей сообщил, что ее муж расстрелян? Она ответила, что узнала об этом от П.С. Ромашкина , сотрудника аппарата Совмина, женившегося после войны на одной нашей дальней родственнице. Так что утверждение Светланы о том, что это "безжалостно сообщил ей ее отец еще до войны", не соответствует действительности. Судя по всему, тогда еще отец даже был жив.

Возьмем И.Г. Морозова (ранее - Мороза. - В. А.), Светланиного свекра по первому мужу. Судя по материалам дела, он был весьма деятельным человеком, как и два других сына Гирши Вульфовича Мороза . Еще в 1923 году он был арестован по делу о взятке (дело N 4429) и осужден в 1924 году на десять лет тюрьмы со строгой изоляцией, однако через год был освобожден. Владел магазином аптекарских товаров на Б. Грузинской, затем работал представителем мучной фирмы своего родного дяди "Гинзбург и братья Валяевы". Его родной брат Моисей в 1931 и 1934 годах привлекался к суду за валютные махинации, а другой брат, Савелий , в 20-х годах эмигрировал во Францию и жил в Париже. Вскоре после того, как сын Иосифа Григорьевича Морозова , Гриша , женился на Светлане (1944 год), Морозов-старший оказался в "Барвихе", где лежал смертельно больной дед. Шел март 1945 года. Морозов И.Г. развил бурную деятельность, чтобы получить приличное должностное кресло. У него была хорошо налаженная система информации, и он выяснил, что в одном из институтов в подчинении Тевосяна есть вакантная должность заместителя директора. За содействием он обратился к моей матери, навещавшей деда в "Барвихе". Отказать настойчивому родственнику ей не удалось, и она обратилась с этой просьбой к Ивану Федоровичу. Но Тевосян , исповедовавший на серьезе партийные принципы, в "блатной протекции" решительно отказал. Иосифа Григорьевича этот отказ не смутил, и он обратился с той же целью к академику Лине Штерн , и она взяла его заместителем по хозяйственным делам в свой институт физиологии . Интересная деталь - брат Лины Штерн, Бруно Штерн , в те годы был крупным бизнесменом, жившим за границей.

Наблюдавший всю эту картину бурной деятельности Морозова-старшего мой дед , человек умный и чуткий, одним из первых понял, что новые родственники Светланы ни ее, ни других до добра не доведут. Рано или поздно все эти корыстные штучки обернутся скандалом, Сталин такого не терпит. Вокруг Светланы, да и Василия, как я уже писал, все время суетились какие-то люди, связанные с Морозовыми, всем им чего-то от них надо было заполучить. Поэтому дед незадолго до своей смерти предупредил мою мать: "Держись подальше от Василия и Светланы". Мать эта фраза тогда потрясла. Другие персонажи этой пестрой компании, например, 3.Г. Гринберг , И.И. Гольдштейн , были давно и хорошо знакомы с тетей Женей и Н. В. Молочниковым, часто бывали у них.

Они же, в свою очередь, поддерживали тесный контакт с Соломоном Михоэлсом , возглавлявшим тогда Еврейский Антифашистский комитет, у которого были весьма разнообразные связи. С. Михоэлс тогда был одержим идеей создания в СССР Еврейской Автономной Республики . Биробиджан , считал он, интеллигенцию ни за что не привлечет, а куда народу без своей интеллигенции! Сам ли он додумался до этого или кто-то ему "подкинул идею"- организовать такую Республику в Крыму , утверждать не берусь, но могу сказать, что аналогичная попытка, предпринятая в середине двадцатых годов на той же территории, окончилась полным провалом и взрывом антисемитизма среди коренного населения степной зоны полуострова. Небезынтересно в связи с этим привести выдержку из книги Александра Карагезова "И.В. Сталин. Созидание державы. Труды, статьи и речи", вышедшей в издательстве "Палея - Мишин" в 2001 году. Автор, рассказывая о первой встрече Сталина с Троцким в 1907 году на лондонском съезде РСДРП, утверждает, что Троцкий бросил тогда памятную реплику: "Мой тебе совет, вовсе неуважаемый антисемит: научись за каждым радостным событием в России, будь то революция, побоище с царизмом, война или голод, узреть вековые чаяния евреев - образовать свое государство. Найдется ли мудрец на Руси, который подарит евреям мою солнечную мечту - Крым!". Сталин, прощаясь с "мечтателем", съязвил с сарказмом: "Очень рад был познакомиться с будущим президентом еврейской республики Крым".

С. Михоэлс, затевая авантюру с еврейской республикой в Крыму, не понимая государственного подхода Сталина к межнациональным отношениям, только по своей наивности мог питать надежды на брак Светланы с Григорием Морозовым. Известный журналист Аркадий Ваксберг в очерке "Совершенно секретно", опубликованном в его книге "Нераскрытые тайны" (М., "Новости", 1993 год), подробно описывает эту эпопею. Он также утверждает, что идея создания своего национального еврейского очага на территории России зрела еще в конце XIX века, после второй мировой войны, когда практически встал вопрос о создании государства Израиль, деятели еврейской советской культуры в противовес этой идеи выдвинули свою - "создать Еврейскую республику на территории СССР", потом проект получил географические очертания на территории благодатного Крыма.

Полагая, что Кремль поддержит их предложение, вся практическая работа по организации Еврейской советской социалистической республики в Крыму была поручена Еврейскому антифашистскому комитету - ЕАК .

15 февраля 1944 года письмо, составленное Михоэлсом , Фефером (он был ответственным секретарем ЕАК, а еще - после поездки с Михоэлсом в Америку стал секретным осведомителем "соответствующего" ведомства под псевдонимом Зорин , чем очень гордился), Эпштейном , Шимелиовичем , ушло в Кремль. В марте 1944 года "о предстоящем создании в Крыму ЕССР (!) знала буквально "вся Москва".

"Надо сказать, - пишет Ваксберг , - что этот план сразу встретил сопротивление отнюдь не только в партийных кругах. Он напугал тех представителей еврейской интеллигенции, которые были трезво мыслящими политиками, способными предвидеть реальные последствия безрассудства".

Автор очерка среди них выделил Илью Эренбурга , Максима Литвинова . Как отреагировал Кремль на проект ЕССР?

21 декабря 1999 года в Госдуме проводился круглый стол, организованный А. В. Митрофановым по случаю 120-летия со дня рождения Сталина. В числе приглашенных оказался и я. Военный историк Л.И. Медведко , выступивший в конце мероприятия, остановившись на истории написания письма по поводу ЕАК, рассказал, что прочитав письмо Михоэлса, Сталин написал на нем: "За Крым пролито слишком много русской крови, и не может быть и речи о передаче Крыма кому-либо!"

В апреле - мае 1944 года Красная Армия победоносно завершила операцию по освобождению Крыма от немецко-фашистских захватчиков. Примерно в то же самое время начинается предыстория дела, которое привело за решетку мою мать, тетю Женю, Киру, Молочникова и многих других. Время шло, а ответа на письмо не было. Нетерпеливые авторы решили разузнать о реакции у тети Жени и Молочникова, мобилизовав для этой цели Л.А. Шатуновскую , З.Г. Гринберга и И.И. Гольдштейна . Эти контакты были хорошо известны деятелям ЕАК, а информация о них через Фефера - Зорина шла прямехонько в МГБ , а оттуда - наверх. Тучи вокруг тети Жени начали сгущаться. Этим можно объяснить письмо, написанное Сталиным Светлане в конце ноября 1945 года. Ответное письмо Светланы опубликовано в книге "Сталин в объятиях семьи" (М., 1993). По поводу тети Жени она писала так:

"Папочка, что касается Жени, то мне кажется, что подобные сомнения у тебя зародились только оттого, что она слишком быстро снова вышла замуж.

Ну, а почему это так получилось, - об этом она мне кое-что говорила сама, я ее не расспрашивала. Я тебе обязательно расскажу, когда ты приедешь, потому что иметь в человеке такие сомнения очень неприятно, страшно и как-то неловко. К тому же дело не в Жене и ее семейной драме, а дело в принципиальном вопросе: вспомни, что на меня тебе тоже порядком наговорили! ...А кто?., ну, черт с ними".

Как бы то ни было, но начиная с середины сентября, кто-то стал целенаправленно "капать на мозги" И.В. Сталину против тети Жени. Жаль, конечно, что Светлана не показала и не рассказала ей о письме отца, это могло бы ее как-то насторожить, познакомилась она с ним уже после своей реабилитации. Прочитала, развела руками и спросила - что же теперь ей делать с этим письмом? Присутствующий при этом Григорий Морозов посоветовал порвать его и выбросить из головы, что тетя Женя и сделала...

Увы, такая же печальная участь постигла и предсмертное письмо Надежды , адресованное брату Павлу . Незадолго до самоубийства она пришла к нему с пакетом и попросила подержать его у себя. Павел вспомнил о нем после ее гибели, прочитал письмо и сжег, посчитав, что никто о нем не должен знать. Узнал я о письме от брата Саши после выхода моей книги в 1995 году, который, видимо, слышал о нем от матери, Евгении Александровны. Для меня этот факт - лишнее свидетельство того, что Надежда покончила с собой. Между прочим, и Ваксберг считает тетю Женю "первой жертвой" ЕАК , хотя она к нему никакого отношения не имела.

Ей вменялось в вину, что она "на протяжении ряда лет у себя на квартире устраивала антисоветские сборища, на которых распространяла гнусную клевету в отношении главы Советского правительства" - Сталина. Те же обвинения были предъявлены ее второму мужу Николаю Молочникову, дочери Кире, их приятельнице Л.А. Шатуновской, ее мужу Леониду Тумерману. А Шатуновская была связана с Михоэлсом, а значит и с ЕАК и т.п. и т.д. От тети Жени, Киры, Молочникова были "получены" сведения, что моя мать Анна Сергеевна Аллилуева "на протяжении многих лет у себя на квартире устраивала антисоветские сборища..." Благодаря этой напраслине, возведенной на нее родственниками, она оказалась за решеткой. Как бы ни обижались на меня родственники, но это было именно так! А выбивались эти сведения только для одной цели, чтобы оскорбленная мать подтвердила, версию Берия, что Павла отравила Евгения Александровна.

Как я понял из реабилитационного дела, фигура директора еврейского театра, председателя Еврейского Антифашистского комитета была ключевой. А мать моя была пристегнута к делу случайно или нарочито пришита белыми нитками. Поэтому логично было предположить, что как только с Михоэлса были публично сняты все обвинения, сразу будут освобождены моя мама и тетя. Должен оговориться, что долгое время я не знал, в чем тогда обвинялся Михоэлс. Но вот попалась в мои руки публикация Валерия Алексеева 1993 года "Русская партия":

"На окутанном тайнами Пленуме ЦК КПСС, собравшемся через день после окончания XIX съезда партии , как мне поведал один из его участников, Сталин очень резко выступил против Микояна и особенно Молотова ... -

...Вторая ошибка товарища Молотова, - отметил Сталин, - заключается в том, что он выступает за то, чтобы создать в Крыму еврейскую автономию . Зачем? На каком основании? Разве у них нет своей автономии? Почему они не хотят развивать Биробиджан ?.."

Как видно из вышесказанного, Сталин прекрасно понимал, что создание Еврейской Автономной Республики в Крыму или в какой-либо другой области центральной части РСФСР, где еврейское население составляло абсолютное меньшинство, было невозможно и неизбежно вызвало бы недовольство русского народа, да и других народов, проживающих на этих территориях, и считал эту идею Михоэлса изначально порочной. И то, что Сталин был прав, видно хотя бы из провалившихся в наши дни попыток создания Автономной Республики немцев Поволжья , а также и из весьма поучительного опыта создания в том же 1948 году государства Израиль и тех бед, которые обрушились при этом на коренное население, проживающее на отошедших к нему территориях. У жены В.М. Молотова обнаружились давние связи с международными сионистскими кругами, за что она и была арестована. А после того, как 9 января 1948 года И. И. Гольдштейн в ходе следствия показал, что в 1943 году С.М. Михоэлс , находясь в США, вступил в контакт с сионистскими кругами, которые впоследствии проявили большой интерес к браку Светланы с Григорием Морозовым, почему, в сущности, Михоэлс и появился на нашем горизонте, после этих показаний арест Соломона Моисеевича был бы неизбежен.

Трагическая гибель в январе 1948 года спасла его от тюрьмы. Но вот кому эта гибель была нужна, это не пустой вопрос. Думаю, Сталин в этом был абсолютно не заинтересован. Скорее всего, опасались живого Михоэлса сионистские круги, которые могли быть засвечены в ходе неизбежного следствия. Тем более что распад брака Светланы и Григория показал бесплодность их усилий. Зато гибель директора театра можно использовать для очередного запугивания еврейской интеллигенции, подбивая ее к эмиграции.

А что же с ЕАК, чем все кончилось? История поучительная. Ответа из Кремля на свой проект о создании в Крыму еврейской Автономии еще не последовало, но ЕАК резко активизировал свою деятельность, выходящую за пределы задач этого комитета. В ЕАК было создано Информационное бюро , куда стекались толпы, чтобы навести справки о своих близких. Стали появляться первые, чудом уцелевшие беженцы, поступили письма о притеснениях, антисемитских проявлениях. Ваксберг посчитал все это естественной реакцией тех, кто, ощутив себя жертвами фашистского геноцида, почувствовал первые признаки гонений, хотя и неявных, на районном уровне.

ЕАК завалил республиканские, областные, городские организации своими запросами и жалобами, их накопилось изрядное количество и в "компетентных органах". По логике вещей, надо было бросать все дела и заниматься только этими жалобами. Но какая тут логика?! Третий год идет тяжелейшая кровопролитная война, в которой решаются судьбоносные вопросы - быть России, СССР или не быть, война против самого оголтелого и жестокого врага - фашизма, от которого страдают все народы. Вся европейская часть страны лежит в руинах, миллионы людей лишились крова, средств к существованию, огромная армия беженцев, инвалидов. Но каждый день идет огромная по масштабам работа по решению всех насущных проблем, из руин и пепла поднимаются заводы и города, строится жилье, люди обеспечиваются работой, пропиской, продуктами, идет борьба с детской беспризорностью, преступностью, которая в лихую годину чувствует себя вольготно. Никому в голову не приходит идея выделять какие-то группы людей по национальностям, создавать какие-то особые им условия. Но объявляется некий ЕАК, который выделяет одну то ли народность, то ли национальность и напрягает всех обращать особое внимание именно на эту категорию людей, заниматься в первую очередь ею. Да еще требует организовать для советских евреев свою автономию в Крыму. Как это расценить?

В 1946 году сотрудники аппарата ЦК партии проводят обследование деятельности ЕАК, обнаруживая здесь признаки государства в государстве, склонность к национализму и сионизму. 19 ноября 1946 года в Политбюро поступает записка за подписью Суслова (после смерти А.С. Щербакова ему было поручено курировать деятельность ЕАК), в которой на основании полученных данных предлагается распустить указанный комитет. Но разве Сталин в этом виноват, разве он тащил комитет по пути национализма и сионизма? Тогда же Политбюро было ознакомлено с запиской МГБ "О националистических тенденциях некоторых деятелей Еврейского антифашистского комитета". В итоге пятнадцать человек из руководства ЕАК во главе с Соломоном Лозовским были преданы суду. Дело слушала Военная коллегия Верховного суда СССР под председательством генерал-лейтенанта юстиции А.А. Чепцова , с участием военных судей генерал-майоров юстиции Дмитриева и Зырянова .

Забегая вперед, скажу, что А.А. Чепцов с начала 1949-го по 1956 год был Председателем Военной коллегии Верховного суда СССР и в этой должности реабилитировал мою мать. В конце же 30-х годов, возглавляя репрессивную тройку, вынес оправдательный приговор старому чекисту, соратнику Ф.Э. Дзержинского - М.С. Кедрову , но тот, невзирая на это, был расстрелян по личному приказу Берия .

А. Ваксберг в очерке "Совершенно секретно" приводит полный текст письма генерала А.А. Чепцова, написанного им 15 августа 1957 года, в период, когда на партийном и государственном уровне рассматривались многие дела прошлых лет, осуществлялся процесс реабилитации невиновных.

Свое письмо генерал написал на имя Г.К. Жукова , обратившись к нему не как к министру обороны СССР, а члену Президиума ЦК КПСС. В этом письме обстоятельно рассказывается о ходе следствия по делу Лозовского и других работников, связанных с деятельностью ЕАК. В расследовании участвовало 34 следователя, а непосредственно курировал это дело Рюмин , являвшийся тогда заместителем министра МГБ. Вначале все обвиняемые признали себя виновными, но "к концу предварительного следствия четверо из арестованных Брегман , Шимелиович , Штерн и Маркиш отказались от своих показаний и отрицали свою вину", но "это обстоятельство было скрыто Рюминым от директивных органов", хотя по установившейся практике он обязан был информировать их в полном объеме.

Следствие вскрыло массу недостатков в деятельности ЕАК - неразборчивость в связях, превышение своих полномочий, проявления национализма, наличие вокруг комитета действительно националистических элементов, националистических групп-прилепал. Но главная вина - организация подпольного националистическо-еврейского центра, шпионская деятельность в пользу США не получила убедительных доказательств. Свои сомнения генерал Чепцов пытался изложить тогдашнему Генеральному прокурору Сафонову , председателю Верховного суда Волину и Шкирятову - председателю КПК при ЦК КПСС с тем, чтобы дело было возвращено на доследование, но поддержки от этих лиц не получил.

От Шверника, являвшегося председателем Президиума Верховного Совета СССР, которого генерал проинформировал о состоянии дела по ЕАК, он получил совет обратиться непосредственно к Маленкову , что и было сделано. Но при разговоре присутствовали Рюмин и Игнатьев .

"Выслушав мое сообщение о доводах к возвращению дела к доследованию... он дал слово Рюмину, который стал меня обвинять в либерализме к врагам народа". Маленкова больше убедили доводы Рюмина, и по существу судьба расследуемого дела, как и тех, кто проходил по нему, была решена, а расстрельный приговор приведен в исполнение...

Ссылки:
1. ТАЙНА АРЕСТА АЛЛИЛУЕВЫХ

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»