Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА: ОБЩИЙ ОБЗОР

Источник- С. Вакар 

Война имеет свои законы и высшее командование должно их хорошо знать и понимать, а строевой воин, идущий на фронт, не должен говорить: "я готов умереть за Родину", так как со смертью кончается его боевая служба родине, а должен себе внушать и утверждать: "я готов побеждать, и защищать родину до победного конца, а если случайно буду убит, - то это не моя цель, а лишь несчастный случай". Самый главный закон войны, который твердо должны знать все военачальники, заключается в том, что с первого же убитого воина каждая армия начинает ослабевать, сперва на одного, двух, трех... человек, затем на десятки, тысячи, миллионы убитых людей, что в конечном результате приводит всякую армию к моменту отказа от борьбы и сопротивления. Из двух воюющих сторон, та армия, где отказ от сопротивления настанет раньше, окажется побежденной, а армия, сохранившая хоть какую-то минимальную боеспособность, окажется победительницей. Поэтому основное условие победы - есть сбережение живой силы армии, то есть людей при помощи новейших технических средств войны от воздействия численно и качественно превосходящего противника, современного вооружения. Пример: Во время Великой войны, потери : Антанта потеряла убитыми 5.350.000 воинов, из них: Россия - 2.500.000 - 47%; Франция - 1.300.000 - 24%; Британия - 700.000 - 13%; Италия , Сербия , Румыния и США - 850.000 - 16%.

Цифры говорят за то, что отказ от боевого сопротивления, поддержанный революцией, должен был наступить раньше всех других именно в русской армии, как наиболее пострадавшей изо всех армий Антанты. И с моральной стороны Россия жертвенно заслужила первенство на отдых за свои боевые успехи, равных которым в Антанте не было. Трофеи Русской армии в 6 раз превышали трофеи всех остальных союзных армий вместе взятых. Взято пленных : Россия - 2.200.00; Англия - 90.000; Франция - 160.000; Италия - 110.000 чел.

В Отечественную войну Кутузов, сдав Москву Наполеону, ценой Московского пожара сохранил живую силу своей армии, что закончилось изгнанием Наполеона из России и победоносным входом русских войск в Париж. Во вторую мировую войну, Советская Армия, отступая перед войсками Гитлера на Кавказ и на Волгу, тем самым тоже сохранила свою живую силу; и в результате - ею был взят Берлин, и немцы безоговорочно побеждены.

Из сказанного видно, что для одержания окончательной победы необходимо по ходу войны упорно наносить противнику тяжелый, планомерный урон ценою лишь самых минимальных потерь в составе своей людской живой силы. Но чтобы сокрушать врага, сохраняя собственные силы, мало одной только воинской доблести войск, но нужна и соответствующая обстановка для военных действий, ведущих к победе. Нельзя, например, самому храброму воину штыком сражаться с танком или аэропланом, а для этого надо иметь противотанковое и зенитное оружие.

Условий для создания необходимой обстановки, способствующей боевому и победоносному успеху очень много. Сюда входят:

- Готовность государства к войне, еще по мирному времени.

- Патриотическая и строевая подготовка будущих воинов.

- Осмысленное и понятное по идее вступление в войну.

- Удачно избранная доктрина войны.

- Доблесть войск и талантливость полководцев.

- Бесперебойное снабжение войск боеприпасами, питанием, обмундированием, топливом и проч.

- Военная индустрия страны и вооружение армии новейшим оружием.

- Технические средства передвижения и сеть дорог.

- Союзы против общего врага, для взаимопомощи, с сохранением собственного патриотизма каждой их сторон, ...и многое другое, а главное неукоснительное условие победы, - тщательно обдуманная посылка войск в бой, а не на убой.

К великому сожалению при вступлении России в первую мировую войну многие из этих условий высшим командованием предусмотрены не были, и мы подошли к войне совершенно неготовыми. На стороне немцев оказались все преимущества в смысле качества и количества вооружения, бесперебойного снабжения, активности военной индустрии, дорог, транспорта, огня, моторизации и прочее. И всему этому мы противопоставляли безграничную доблесть русских героических войск, наших Суворовских чудо-богатырей, которые, оставаясь без патронов и снарядов, отбивались от огня противника шашкой и штыком.

Ясно, что при таких условиях русские герои несли большие потери, в составе живой силы, что профессор Академии Генерального Штаба генерал Головин охарактеризовал так: "Немцы воюют огнем, а мы капиталом крови", то есть, платя за каждую одержанную победу кровью и жизнями своих бойцов. В чужих интересах или часто даже совсем неоправданно посылали русские войска не в бой, а на убой. Эта мысль красной нитью проходит через всю русскую историю первой мировой войны. В подтверждение сказанного, приведу три исторических примера.

Пример 1. Предчувствуя неизбежный роковой исход событий 1914 года, президент Франции Реймонд Пуанкаре , чтобы удостовериться в прочности франко-русских уз незадолго до войны посетил Санкт- Петербург для личного свидания с Царем, из уст которого он желал услышать обещание о поддержке Франции, в трудную для нее минуту. Президент был встречен в России торжественно и сердечно, и Пуанкаре убедился в искренней дружбе России. В его честь на Красносельском поле состоялся Высочайший парад 100.000 русских войск, произведший на президента Франции неизгладимое впечатление. Затем Великий князь Николай Николаевич, передал высокому гостю золотой кубок, с выгравированной надписью: "Объединенные для славы, спаянные смертью... Это долг солдата, это удаль храбрецов..." В августе 1914 года, когда война только недавно началась, и когда немцы стали уже сильно угрожать Парижу , французское правительство обратилось к Императору Николаю II с просьбой спасти Париж от германской оккупации. Великий князь Николай Николаевич поддержал эту просьбу, хотя отлично понимал, что Россия еще не готова, мобилизация еще не закончена и армии Ренненкампфа и Самсонова еще не могут успешно наступать. Поэтому наступление на Восточную Пруссию , имевшее целью оттянуть германские войска от Парижа, приняло характер подлинной жертвы, с переброской русских войск не в бой, а на убой.

Армия Самсонова погибла без пользы для России, но для Франции цель была достигнута. Так как переброшенные на русский фронт два пехотных корпуса и одна кавалерийская дивизия - 80.000 человек были сняты германцами как раз с того участка, где неделей позже, во время битвы на Марне , прорвались английская дивизия маршала Френча и полки французского генерала Франшэ д'Эсперэ, отрезавшие армию Клука от армии Бюлова и заставившие немцев отступить. Париж был спасен. Потеря целой армии в первый же месяц войны, была первым крупным шагом к наступлению будущего момента русского отказа от боя и сопротивления со всеми его последствиями.

Пример 2. Один из многочисленных безумно кровопролитных случаев войны, описан в истории 13-го лейб-гренадерского Эриванского Царя Михаила Федоровича полка в бою у деревни Загроды 19 мая 1915 года. Здесь прославленный полк вновь показал чудеса жертвенности и храбрости. Несмотря на колоссальные потери - за один лишь день в полторы тысячи человек, из коих 600 человек убитыми, - атака полка захлебнулась в организованном огне противника, и полк отступил, не достигнув никаких результатов. Безумная атака эриванцев без должной артиллерийской подготовки и сопровождения, без предварительного разрушения огнем артиллерии неприятельских бетонных укреплений и проволочных заграждений привела к тому, что полк, дойдя до проволоки, залег под ней и с наступлением темноты безрезультатно отошел с громадными потерями.

Такая неудача не только не умаляет достоинства славных гренадер, отдавших свою жизнь за родину, но усугубляет их храбрость, так как во исполнение безумного приказа, равного самоубийству, они не дрогнули и без рассуждений пошли туда, куда идти не было никакой физической возможности, так как там все живое сметалось ураганным огнем противника. Осуждая чрезвычайно плохо организованную атаку по принципу расплаты капиталом крови, без соответствующей подготовки, без использования современных технических средств, без инициативы в руках командира полка и без военно-тактических знаний, - и в то же время давшую противнику счастливую возможность обороняться в комфортабельных условиях, сидя в неповрежденных укреплениях, расстреливая огнем из предусмотрительно оборудованных пулеметных гнезд эриванцев, застрявших в непроходимой проволоке, - нельзя не поболеть душой за героев лейб-гренадер. Легко воспевать суворовских чудо-богатырей, всегда победителей, но трудно воспевать без вины виноватых эриванских богатырей, не имевших начальников равных Суворову и попавших в жуткую обстановку захлебнувшейся атаки. Эта атака еще раз ярко подтверждает, что для победы одной воинской храбрости еще недостаточно, и что посылать войска всегда следует в хорошо обдуманный бой, но никак не на бессмысленный убой. Описанную атаку Эриванского полка 19 мая 1915 года не только нельзя считать единственным в своем роде случайным эпизодом 1-й мировой войны, но можно даже назвать типичным примером того, как хладнокровно и равнодушно посылались русские войска на верную бесцельную смерть иной раз по ошибке или бездарности начальства, а иногда и вполне умышленно и сознательно, в угоду дорогих союзников, привыкших воевать за счет капитала русской крови. Все эти излишне колоссальные потери живой силы и привели в конце концов Россию к отказу от сопротивления, выразившемуся в революции, в братании с противником, в избиении сегодня своих еще вчера любимых офицеров, требовавших от солдат исполнения боевых приказов, и в переходе масс на сторону Советов, суливших прекращение войны.

Пример 3. Один из бесчисленных случаев посылки войск не в бой, а на убой без малейшего достижения результатов, но дорогой ценой жизней людей произошел в 3-м Конном корпусе генерала графа Келлера в 1916 году. В то время этот корпус входил в 9-ю Армию генерала Лечицкого, и посаженный в окопы вдоль реки Прут, имел пассивную задачу обеспечения левого фланга 9-й Армии. Самолюбивого графа Келлера не удовлетворяла такая пассивная роль спешенной конницы, особенно когда обнаружился крупный успех прорыва наших войск под Луцком, на Днестре и в Черновицком направлении, и слава генералов Брусилова , Каледина , Деникина и других военачальников, прогремела на всю Россию. Ему, что называется, не сиделось на месте, и он три раза посылал генералу Лечицкому телеграммы, прося разрешения "рвать" Корпусом на его участке. Два раза генерал Лечицкий отказывал, считая эту задачу для конницы, не имеющей тяжелой артиллерии, невыполнимой против долговременных бетонных позиций австрийцев, имевших здесь артиллерию до 6-ти дюймовых орудий включительно. На третий раз генерал Лечицкий ответил: "Разрешаю, но вся ответственность ляжет на вас". Генерал граф Келлер отдал приказ о наступлении, но начальник штаба корпуса генерал Сенча , считая задачу невыполнимой, отказался подписать боевую диспозицию, за что был графом Келлером отрешен от должности.

Ночью 10-я кавалерийская дивизия, имея в авангарде Ингермландский гусарский полк , в полном строю, по горло в воде, форсировала реку Прут . Под страшным минометным, пулеметным и артиллерийским огнем гусары взяли передний окоп, но дальше продвинуться не могли, и вскоре были отброшены назад через реку - в исходное положение. Из 23 офицеров Ингермландского полка, бывших в тот день в строю, полк потерял 10 (из них 3 убитых), и в том же соответствии - 43%, выразились потери гусар. Переправиться через Прут успели только Ингермландцы и Оренбургский казачий полк. Эта атака с ее тяжелыми потерями не была вызвана никакими общими стратегическими соображениями, не входила в план общих военных действий и не представляла никакой необходимости, а состоялась по прихоти завистливого и самолюбивого генерала, оставшегося за бортом победы Луцкого прорыва . К сожалению, о судьбе благоразумного и благородного генерала Сенча, отрешенного от должности за отказ подписать безумный и бездарный приказ об атаке, история как-то умалчивает. Вместо того, чтобы гордиться наличием такого генерала в Русской Армии, заслужившего честь, славу и вечную память на страницах военной истории. Описанная атака через реку Прут является еще одним из числа многочисленных примеров напрасных потерь живой силы русской армии, в конечном итоге приведших Россию к отказу от борьбы и сопротивления. По поводу расточительности кровью, профессор генерал Головин , в книге о Галицийской битве писал:

"В такой Армии, как старая Русская Армия, командный состав был избалован доблестью войск... Эта доблесть войск располагала к умственной лени. Подобно очень богатому человеку наш командный состав привык слишком нерасчетливо лить офицерскую и солдатскую кровь. Между тем, чем доблестнее армия, тем более она имеет морального права требовать от своего командного состава высшего умения".

Три приведенных примера комментариев не требуют.

Мое мнение по поводу героизма воинского подвига, высказанное в этой главе, историки могут посчитать субъективным и единоличным, и поэтому мне приятно иметь возможность сослаться на аналогичное мнение весьма авторитетного лица, что подтверждает сказанное мною, и придает моим мыслям объективное значение.

В своих "Воспоминаниях", изданных в Нью-Йорке в 1954 г. последний Протопресвитер Русской Армии и Флота о. Георгий Шавельский , проводит ту же мысль, что и я, о том, что воинство должно стремиться побеждать, а не геройски и эффективно умирать, и что живую силу армии необходимо беречь до последнего конца войны. Мой высокоавторитетный единомышленник в своей книге, пишет: "Припоминаю такой случай. В июле 1911 года, я посетил воинские части в г. Либаве, где моряки чествовали меня обедом в Морском собрании. По обычаю произносились речи. Особенно яркой была речь председателя морского суда полковника Юрковского. Он говорил о высоком настроении гарнизона, и закончил речь словами: "Передайте Его Величеству, что мы все готовы сложить свои головы за Царя и Отечество". Я ответил речью, содержание которой сводилось к следующему: "Ваша готовность пожертвовать собою весьма почтенна, и достойна того звания, которое Вы носите. Но все же, задача Вашего бытия и Вашей службы - не умирать, а побеждать.

Если Вы все вернетесь невредимыми, но с победой, Царь и Родина радостно увенчают Вас лаврами; если же Вы все доблестно умрете, но не достигнете победы, Родина погрузится в сугубый траур. Итак: не умирайте, а побеждайте!"

Как сейчас помню, эти простые слова, буквально ошеломили всех. На лицах читалось недоумение и удивление: что за ересь проповедует протопресвитер?!

Усвоенная офицерством такая идеология, была не только неверна по существу, но и в известном отношении опасна.

Ее ошибочность заключается в том, что "геройству" тут приписывалось самодовлеющее значение. Государства же тратят колоссальные суммы на содержание армий, не для того чтобы любоваться эффектами подвигов своих воинов, а для реальных целей - защиты и победы.

Психоз геройства и идеал геройского подвига, вплоть до геройской смерти часто заслонял у воина идеал победы, и это было опасно для дела".

Всякая война всегда должна вестись в собственных интересах своего народа и своего государства.

Заключение военных союзов конечно бывает полезно, но соглашения должны быть обоюдно выгодными, со стратегическим согласованием действий против общего врага, но отнюдь не однобокими, по принципу: "Сам погибай, а товарища выручай", что имело место в наших взаимоотношениях с французами и англичанами.

Нам наша первая мировая война совершенно не была нужна, настроение в России в то время было самое миролюбивое, и все же кровопролитнейшая война произошла, и даже не за себя, а ради чужих интересов, что видно из первых же слов Царского манифеста о войне:

"Следуя историческим своим заветам, Россия единая по вере и крови со славянскими народами, никогда не взирала судьбу их безучастно".

Царское обещание жертвенной верности Франции ценой русской крови во время предусмотрительного посещения России президентом Пуанкаре совершенно связало Государя по рукам и ногам, так как долг верности Царскому слову на пользу Франции и долг заботы Царя о благе своего русского народа были диаметрально противоположны, то есть абсолютно несовместимы. Это царское нахождение между двух огней оказалось невыполнимым и довело Императора Николая II до катастрофического отречения от престола с завещанием армии оставаться верной союзникам до победного конца. Он очевидно и здесь еще не отдавал себе отчета, что истекшая кровью армия, доведенная до окончательного отказа от борьбы и сопротивления, воевать больше не способна, и повернет за теми, кто посулит конец войны, вскоре завершившейся Брест-Литовским миром.

Случаев излишней русской жертвенности ради дорогих союзников, было очень много.

Пример первый. Не успела еще толком разразиться война и закончиться мобилизация, как французы уже подняли такой ужасный гвалт, прося нашей помощи для защиты Парижа, что русское верховное командование решилось на жертвенное преждевременное наступление в Восточной Пруссии, чтобы на себя оттянуть из Франции силы противника. Исключительно тяжелый и безнадежный поход был под лозунгом: "Вперед, во что бы то ни стало вперед, - Франция ждет!", а вся грандиозная операция, силою двух армий, закончилась разгромом армии генерала Ренненкампфа, и полной гибелью армии генерала Самсонова. Блестящие результаты для Франции этих событий: "чудо на Марне" и спасение Парижа, ценою реки русской крови, уже описаны выше. Вместо благодарности, французский главнокомандующий генерал Жоффр , имел дерзость в декабре 1915 года сказать генералу Жилинскому: "Войну ведет только одна Франция, остальные лишь просят у нее содействия"!

В ответ на это, генерал Эверт, широко опубликовал в военной информации, что русское офицерство спрашивает себя в негодовании на французов и англичан: "В военном союзе надо ли быть честными в отношении бесчестных союзников"?

Пример второй. Помощь союзникам продолжалась и дальше, и не только крупными боями, требовавшими переброску на нас войск противника с других фронтов, но даже и посылки русских войск на территорию союзников для их спасения. Так, в разгар войны далекими путями, через Дальний Восток и Индийский океан Россия послала во Францию целый отборный экспедиционный корпус, который с большими для него потерями, участвовал в обороне крепости Вердена , бывшей "ключом города Парижа". В 1968 году на юбилейные торжества Верденской победы, не было приглашено ни одной русской организации, что президент Франции генерал Де Голь объяснил тем, что эта победа была чисто французским делом. Хотя он отлично знал о потерях русского экспедиционного корпуса у крепостных стен Вердена. Там осталось целое большое русское кладбище, которое и до сих пор чтится местным населением и теперь является местом паломничества и туризма.

Пример третий. Аналогичная жертвенная помощь была оказана и союзной братской Сербии . Исторический прорыв Салоникского фронта, давший возможность отступившим сербским войскам вернуться на их родину, совершили русские дивизии в районе Бытоля. Впоследствии, основателю Русского Корпуса в Сербии генералу Скородумову удалось собрать многочисленные кости русских воинов, павших в бою под Бытолем и соорудить в Белграде величественный памятник - костурницу, где внутри в образцовом порядке он сложил кости убитых.

Благородный югославский Король-витязь Александр I и глубокочтимый святейший Патриарх Сербский Варнава всей душой оценили русские жертвы и впоследствии старались облегчить участь русских эмигрантов, потерявших родину и принятых ими в Королевство Югославию.

Пример четвертый. С июля по октябрь 1916 года разыгралась великая Луцко-Черновицкая битва , продолжавшаяся 140 дней, возглавляемая генералом от кавалерии Брусиловым и потому часто называемая Брусиловским наступлением . Эта битва была грандиозной, с потерями с обеих сторон в четыре миллиона воинов. Величайшая Луцко- Черновицкая победа была достигнута исключительно храбростью и доблестью русского солдата. Так как противник был лучше вооружен тяжелой артиллерией и считал свои укрепленные позиции абсолютно неприступными. Количественный и качественный недостаток русской артиллерии компенсировался исключительной меткостью попаданий, а действия пехоты и кавалерии были неудержимы в их отчаянном порыве.

Значение этой победы для наших союзников было огромно, так как германское военное командование спешно перебросило против России все стратегические резервы из осаждавших Верден войск. Осада Вердена была снята и Париж спасен. Вена сняла свои победоносные дивизии с итальянского фронта, и это спасло Италию от капитуляции.

Этот далекобойный успех в пользу союзников объясняется тем, что Юго-Западный фронт привлек на себя многолюдные массы вражеских солдат. В начале битвы против нас стояло около полумиллиона воинов противника. Затем в битву вступили и погибли два миллиона человек, затем прибыло еще пополнение в один миллион душ, и стало 1,5 миллиона вместо первоначальных 0,5 миллиона: первоначальный состав - 500.000; число потерь - 2.000.000; усиление армии - 1.000.000 воинов. Итого мы привлекли на себя - 3.500.000 воинов.

Оперативный успех битвы выразился не только в завоевании 30.000 квадратных километров земли, но и в моральном переломе противника, потерявшего в этих боях 2.000.000 убитых, раненых и плененных.

После Луцкого прорыва, в Германии и в Австрии, создалось впечатление, что Центральные Державы проигрывают войну. И 12 декабря 1916 г. канцлер заявил в Рейхстаге, что правительство Германии готово вступить в переговоры о мире. И если бы союзники не прятались в кусты, а поддержали бы Россию, развивая и дальше русскую победу, война могла бы победоносно закончиться к концу 1916 года, то есть до начала нашей революции.

Брусиловское наступление стоило нам два миллиона жертв, породило моральный сдвиг противника в сторону его поражения, а непосредственно для Франции имело очевидное и несомненное большое благоприятное значение. И все же после этого генерал Жоффр вторично дерзко подтвердил в 1916 году: "Одна лишь Франция воюет..."

К сожалению, двухмиллионные потери в Луцк-Черновицком прорыве подвинули в то время еще прекрасную и воодушевленную победой русскую армию на большой шаг в сторону наступления момента окончательного отказа от всякого боя и сопротивления.

Однако близкую победу вырвал из рук России, не враг, а своя же революция, а приход к власти большевиков заставил мир забыть и жертвы русского народа, принесенные за общесоюзное дело и славу русского оружия, добытую в многочисленных боях Великой войны, и в частности, в Луцком прорыве.

Приведенные мною примеры излишне кровопролитной войны дополняю чужими мнениями, высказанными в печати, военно- авторитетными лицами.

В журнале "Наши Вести" лейб-гвардии Финляндского полка полковник Ходнев в 50-летнюю годовщину боев на Стоходе , пишет:

"Я был свидетелем, как русский воин, памятуя дисциплину и долг, шел на убой... Я описал то, что пережито моим родным полком, который тогда погиб, - погиб без всякой пользы исключительно по вине своего начальства". В своей книге генерал Брусилов, на странице 208-й пишет: "Прибывший мне на подкрепление гвардейский отряд, великолепный по составу офицеров и солдат, обладавший высоким боевым духом, терпел значительный урон без пользы для дела, потому что их высшее начальство не соответствовало своему назначению". Журнал "Часовой" пишет: "Действия Русской Армии без всякого преувеличения могут быть названы героическими. Достаточно вспомнить, что в смысле технического оборудования, вооружения и снабжения боеприпасами и снарядами Русская Армия в количественном смысле была буквально нищей по сравнению со своими союзниками и противниками. Но движимая собственным долгом она шла вперед и безропотно устилала своими телами поля сражений. Русская Армия висела на ключей проволоке, кровью своей пехоты и кавалерии добывая то, что на западном фронте добывалось зачастую одним огнем артиллерии". Когда настает момент отказа войск от боя и сопротивления, то провести этот отказ в жизнь очень трудно, так как солдат и за дезертирство и за неповиновение боевому приказу подлежит расстрелу. В случае бунта целой воинской части для ее усмирения, всегда могут быть присланы верные войска, исключительно сильно вооруженные, и всякий бунт всегда будет подавлен и зачинщики расстреляны. С другой стороны, после трех лет войны, в кошмарнейших условиях окопной жизни, без всякого удовлетворения самых примитивных требований питания, отдыха, тепла, чистоты и спокойствия, в вечной опасности жизни, в нервной обстановке, среди трупов убитых и стонов раненых, рано или поздно у каждого воина должен настать решительный момент психического потрясения, с твердым заключением: "Делайте со мной что хотите, а я воевать больше не могу!" И действительно, наш способ ведения войны капиталом крови с укоренившимся обычаем посылать войска не в бой, а на убой, превратили фронт в колоссальную мясорубку, а русского солдата - в пушечное мясо. Так что же делать доведенному до полного отчаяния солдату, и как ему поступить? Ведь при бессердечном к нему отношении, он привык, что сожалений сверху ему нет! Даже отпуска в Царской армии давно были запрещены. И после выздоровления от ран солдат не мог получить хоть самый кратковременный отпуск, чтобы заехать домой и повидать родных, а сразу же из госпиталя должен был снова ехать на фронт. Так что же делать солдату, усталому до отказа и с окончательно истрепанными нервами? Сдаваться ли в плен, или кончать жизнь самоубийством, - другого выхода нет...

И вдруг появилась ему хорошо организованная помощь со стороны революционеров, задавшихся целью развалить фронт в интересах выполнения их партийных задач. Под воздействием умной пропаганды и опытным руководством развал русской армии был легко достигнут, а жертвами развала стали не дезертиры, а верные присяге и воинскому долгу офицеры, пытавшиеся бороться с наступавшим развалом армии. Все что здесь сказано о первой мировой войне, разобрано задним числом, свыше полувека спустя после описанных событий, и зная результаты сделанных ошибок, теперь не трудно их находить и разоблачать. С психологией солдата в то время никто нисколько не считался, и она не изучалась в Академии Генерального Штаба в Петербурге. А в эмиграции курс военной психологии вошел в программу Высших Военно-Научных Курсов в Белграде как один из важнейших предметов. Поэтому военачальники того времени не понимали главнейшего закона войны, что с посылкой войск не в бой, а на убой расход живой силы войск доводит армию до отказа от боя и сопротивления. И что раз такой отказ фактически настал, войну надо кончать, хотя бы и на милость победителя, не дожидаясь стихийного внутреннего взрыва, несущего полную гибель государства.

Предвидеть - значить управлять, говорит русская поговорка, но этого предвидения не нашлось у рабски верного союзникам Русского Верховного Командования, - ни у Государя Императора, ни у "Главноуговаривавщего" Керенского, ни у доблестного генерала Корнилова, ожидавших получить в будущем похвалу союзников, оказавшуюся "неблагодарностью". Теперь стало совершенно ясно, что после крупной Луцко-Черновицкой победы с двухмиллионными жертвами, пора было кончать войну, во что бы то ни стало, и обернуть все взоры Царя и правительства на благо Родины, на спасение России и на заботы об обескровленном русском народе.

Сепаратный Брест-Литовский мир, заключенный большевиками, доказал их полное понимание военной обстановки того времени. И Западно- Европейские короли и президенты, не обижаясь на "измену", на перебой спешили первыми пожать руку Сталину, видя в нем твердую, и реальную действительность.

Ссылки:
1. Великий князь Николай Николаевич (Младший) (1859 -1929)
2. Чернавин В.В. путь ученого в СССР
3. Бунд, Всеобщий еврейский рабочий союз
4. Азеф Евно Фишелевич (1869 - 1918)
5. Мартов (Цедербаум) Юлий Осипович (1873-1923)
6. Первая мировая война (1914 -1918 г)
7. Вересаев Викентий Викентьевич (1867-1945)
8. ЗУНР (Западно Украинская Народная Республика)
9. II Интернационал, Социалистический интернационал, Рабочий интернационал
10. Вакар С.В.: НАША ГЕНЕРАЦИЯ, рожденная в конце прошлого столетия

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»