Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Письмо 249-ти против Лысенко

Как ученые могли противостоять напору Лысенко? Издать собственные сборники антиподы Лысенко не могли: все издательства в стране строго контролировались партийными органами, и такие материалы не могли увидеть света. Организовать собственные заседания ученых советов, сессий академий, научных обществ и т. п. было также невозможно, ибо главенство во всех организациях захватили благодаря многолетним репрессивным мерам властей лысенкоисты.

Директор Ботанического института АН СССР член- корреспондент АН СССР П.А.Баранов , который переменил свое некогда положительное отношение к Лысенко на резко отрицательное, подготовил письмо на имя Н.С.Хрущева , в котором указывал, что нельзя ставить докладчиком на юбилейном заседании Т.Лысенко . Баранов предложил двум другим директорам биологических институтов Академии наук СССР - А.Л.Курсанову ( Институт физиологии растений ) и Н.В.Цицину ( Главный Ботанический сад ) подписать это письмо, но оба отказались. Баранов отправил обращение к Хрущеву за одной своей подписью, чем вызвал гнев Первого секретаря ЦК партии ( 10_250 ).

В это же время (и первоначально вне связи с празднованием юбилея Мичурина) среди ленинградских биологов родилась идея собрать подписи под коллективным письмом ученых и направить его в Президиум ЦК КПСС. Текст большого письма (на 21-й странице) подготовили Д.В.Лебедев , В.Я.Александров и Ю.М.Оленов .

По тем временам поставить подпись под коллективным обращением в высшие органы было небезопасно. В годы сталинского культа развилось в невиданных масштабах писание анонимок - неподписанных поклепов на любых лиц. Вслед за посылкой анонимок чаще всего следовали аресты людей, ошельмованных в этих "сигналах с мест". За коллективки же могли последовать нешуточные кары вовсе не в отношении тех, о ком сообщалось в коллективном обращении, а тех, кто осмелился принять участие в подготовке такого письма и кто его подписал. Каждый это хорошо понимал. Первым поставил свою подпись Павел Александрович Баранов .

Произошло это при следующих обстоятельствах. Когда Д.В.Лебедев и В.Я.Александров принесли ему текст письма (даже не имея ввиду получить его подпись, а лишь желая услышать его мнение о том, что они написали), Баранов внимательно прочитал письмо, а когда дошел до последнего абзаца, взял ручку и написал:

Член-корр. АН СССР, член КПСС П.А.Баранов (Директор Ботанического ин- та АН СССР)", добавив при этом:

- Если я как директор академического института поставлю свою подпись первой, больше людей решится его подписать, да и вас на всякий случай защитить надо. Вторым подписал письмо директор Лаборатории цитологии АН СССР член-корреспондент АН СССР Д.Н.Насонов - старинный друг В.Я.Александрова.

Были, правда, и не столь смелые люди. Так, один из ботаников, знавший о том, что Лебедев, Александров и Оленов готовят такое письмо, встречая их иногда в коридоре Ботанического института, советовал писать поострее, но когда письмо было готово и принесено ему на подпись, он отказался его подписать. И все-таки 66 крупных биологов не убоялись подписать письмо ( 10_251 ).

В нем подробно излагалась отрицательная роль Лысенко на посту руководителя сельскохозяйственной науки в СССР, перечислялись его главные научные ошибки, и в связи с этим указывалось:

"... материальные потери, которые понесла наша страна в результате деятельности Т.Д.Лысенко, не поддаются исчислению, так они велики ... ... августовская сессия ВАСХНИЛ привела не к расцвету советской биологии и агрохимии, а к их упадку, к ликвидации ряда областей науки и фальсификации многих ее разделов (генетика, цитология, эволюционное учение и пр.) и к установлению аракчеевского режима в его худшей форме.

Современная генетика является одной из основ эволюционного учения и дарвинизм сейчас немыслим без генетики. В результате же деятельности Т.Д.Лысенко, представляющей собой беспрецедентный в истории обман государства, генетика была фактически запрещена, а дарвинизм фальсифицирован. В программах по генетике и в соответствующих пособиях современная генетика подменена "теориями" Т.Д.Лысенко ... система присуждения Сталинских премий в 1948-1952 г. г., выборы в АН СССР по биологии, утверждение докторских и кандидатских диссертаций, стоящих на низком уровне, но подчиненных господствующей догме, расстановка научных кадров по признаку "преданности" Т.Д.Лысенко, извращение преподавания биологии - привели к глубокому моральному упадку многих деятелей советской науки, в сильной степени развратили научную молодежь и создали такую тяжелую обстановку, для ликвидации которой необходимы серьезные усилия ..." ( 10_252 ).

Авторы письма особо подчеркивали политические издержки, к которым привел расцвет лысенкоизма: "Деятельность Т.Д.Лысенко оказала резко отрицательное влияние на состояние некоторых важных участков идеологической работы и, прежде всего, философии. Ложные теоретические установки Т.Д.Лысенко в течение многих лет выдавались за новый этап развития диалектико-материалистического понимания биологических явлений

... теперешнее состояние нашей биологии широко используется идеологами империализма в целях антисоветской пропаганды... Одним из примеров этой "пропаганды в США является перевод без комментариев произведений как самого Т.Д.Лысенко (например, его книги "Наследственность и ее изменчивость"), так и его сторонников (перевод статьи А.Н.Студитского "Мухолюбы-человеконенавистники" со всеми карикатурами и оригинала) ..." ( 10_253 ).

Исходя из сказанного, делался вывод:

"... осуждение Лысенко, как человека, нанесшего огромный ущерб науке и народному хозяйству СССР, не только является важнейшей предпосылкой подъема советской биологии и агрономии, но и имеет большое международное значение. Дальнейшие же мероприятия, очевидно, должны быть направлены на ликвидацию ущерба, нанесенного нашей стране деятельностью Т.Д. Лысенко" ( 10_254 ). Авторы письма перечисляли наиболее важные мероприятия, которые следовало осуществить:

"1. Гласное заявление руководящих организаций, что взгляды Т.Д. Лысенко, высказанные им в докладе на августовской сессии ВАСХНИЛ, являются его личными взглядами, а не директивой партии.

2. Восстановление в СССР современного дарвинизма, генетики и цитологии - как в селекционной, так и в научно-исследовательской работе, так- и в преподавании в ВУЗах и в средней школе.

3. Подготовка кадров, владеющих современными методами биологического исследования, особенно в области генетики и цитологии и в таких масштабах, которые бы обеспечили скорейшее преодоление нашего отставания от мировой науки.

4. Смена руководства ВАСХНИЛ и превращение ВАСХНИЛ в действительно научное, коллегиально-управляемое учреждение.

5. Смена руководства отделением биологических наук АН СССР и Института генетики АН СССР.

6. Пересмотр состава редакционных коллегий большинства биологических и сельскохозяйственных журналов, а также биологической редакции "Большой Советской энциклопедии" ( 10_255 ). начальной части письма особо оговаривалось несогласие с использованием лысенкоистами имени Мичурина в своекорыстных целях, отмечалось, что Мичурин

"не имеет ничего общего с тем, что в течение многих лет после его смерти преподносится Т.Д. Лысенко, И.И.Презентом и другими под видом так называемой "мичуринской" биологии", и высказывалось такое опасение:

"Имеется реальная угроза, что юбилей И.В.Мичурина, который может и должен быть смотром служения нашей биологии советскому народу, будет использован группой Т.Д. Лысенко для прикрытия фальсификации научных взглядов И.В.Мичурина, прикрытия его именем отказа от самих основ дарвинизма и всего, чем обогатилась наука после Дарвина. У всех нас вызывает искреннее недоумение утверждение Т.Д.Лысенко докладчиком на торжественном заседании, посвященном И.В.Мичурину. Мы считаем, что это может затормозить оздоровление биологии в СССР и свяжет свободу дискуссий и критики" ( 10_256 ).

Заканчивалось обращение в ЦК партии словами: "С чувством боли и горечи подписываем мы этот документ о состоянии советской биологии. Однако еще сильнее чувство нашей ответственности перед народом и Коммунистической партией, которым мы обязаны сказать всю правду, а также глубокая вера в то, что Партия и Правительство помогут советской биологии выйти из создавшегося положения и, подобно другим отраслям, естествознания, внести полный вклад в великое дело строительства коммунистического общества" ( 10_257 ).

К этому заявлению, подписанному, в основном, москвичами и ленинградцами, присоединилось еще несколько групп ученых.

183 специалиста-биолога направили в президиум ЦК КПСС письмо, гласившее: "Мы, к сожалению, не имели возможности своевременно подписать обращение некоторых биологов в Президиум ЦК КПСС. Ознакомившись с его копией, мы присоединяемся ко всем его основным положениям, но считаем, что в этом документе далеко не полностью обоснован тот моральный и материальный ущерб, который нанесен стране за последние годы деятельности Т.Д. Лысенко..." ( 10_258 ). Таким образом, общее число биологов, подписавших обращение, составило не менее 250 человек (кое-кто все-таки не решился поставить подпись под "коллективкой", а направил свои индивидуальные письма, в которых сохранялись основные пункты критики Лысенко, в их числе были академик ВАСХНИЛ П.М.Жуковский , член- корреспондент АН СССР В.В.Попов , проф. МГУ Б.А.Кудрявцев и др.).

Кроме того, в Президиум ЦК КПСС было подано заявление 24 виднейших математиков и физиков, указавших на пагубную роль Лысенко в таком важном вопросе, как развитие отраслей биологии, соприкасающихся с физикой и химией - биологической физики, радиобиологии, теории информации и др.

Подписавшие это письмо особо подчеркивали: "Естествознание едино, и то тяжелое положение, в котором в течение многих лет находится советская биология, сказывается отрицательно на смежных дисциплинах и на общем уровне науки в целом. Огромный ущерб нанесен международному престижу советской науки" ( 10_259 ).

Под ним подписались будущие Нобелевские лауреаты И.Е.Тамм , Л.Д.Ландау , П.Л.Капица , создатели советской водородной бомбы (наряду с И.Е.Таммом) А.Д. Сахаров , Я.Б.Зельдович , Ю.Б.Харитон , Д.А. Франк-Каменецкий и другие физики ( 10_260 ).

И.В.Курчатов и А.Н.Несмеянов как члены ЦК КПСС отказались поставить свою подпись, но обещали поговорить лично с Н.С.Хрущевым об этом письме, поддержав его положения. Такой разговор состоялся, и Хрущев охарактеризовал и письмо биологов, и обращение физиков как возмутительное ( 10_261 ).

В ЦК партии было также направлено письмо 26 специалистов почвоведов и агрохимиков, указавших на отрицательную роль Т.Д.Лысенко в сельскохозяйственной науке ( 10_262 ). Естественно, что после отрицательной реакции Н.С.Хрущева в аппарате ЦК , партии очень неприязненно отнеслись к этим коллективным обращениям. И тем не менее, какие-то надежды, что Лысенко нанесен ощутимый урон, еще теплились в сердцах многих биологов, впервые за два с половиной десятилетия главенства Лысенко коллективно выразивших ему недоверие.

Как добрый знак рассматривалась посмертная реабилитация летом 1955 года Н.И. Вавилова .

Конечно, в эти дни все внимательно следили за барометром настроений руководящей верхушки партии - за печатью.

Более месяца в "Правде" не упоминалось о Лысенко, хотя были опубликованы статьи о Мичурине ( 10_265 ) и о Т.Мальцеве ( 10_266 ).

Но в день празднования юбилея Мичурина все встало на свои места. В "Правде" была напечатана парадная статья Лысенко "Подвиг в науке", которая пестрела ругательствами в адрес идеалистов, механицистов, вейсманистов и неодарвинистов ( 10_267 ).

Очередной раз Лысенко демонстрировал свой бойцовский характер, смелость и нежелание гасить привычный ему запал ожесточенности. Когда многие на его месте постарались бы выждать время, повести более умеренную линию, чтобы потом, собравшись с силами, ударить по недругам, он не спасовал. Этот человек смело бился за сохранение своей негибкой линии и ни на какие компромиссы идти не собирался. Выиграл он и в главном на сегодняшний день. Несмотря на протесты ученых, партийное руководство дало согласие на проведение празднования юбилея Мичурина по лысенковскому сценарию.

Когда собравшиеся в Большом театре Союза ССР 27 октября 1955 года рукоплесканиями встретили членов президиума торжественного заседания, посвященного столетию Мичурина, они увидели, что на самом почетном месте усаживается Т.Д. Лысенко , рядом с ним занимали места председатель Совета Министров СССР Н.А.Булганин , недавно назначенный Председателем Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилов , прежний глава государства Г.М. Маленков и члены руководства партии Л.М. Каганович , М.Г. Первухин , Д.Т. Шепилов и другие.

Заседание открыл Президент АН СССР А.Н.Несмеянов , который был вынужден тепло отозваться о славных продолжателях дела Мичурина, а затем слово для основного доклада было предоставлено Лысенко .

Лишить его этой привилегии ведущие ученые страны не смогли, а Лысенко, конечно, использовал эту возможность для воздания очередной раз хвалы своему учению и повторам тезиса об абсолютной правильности своих представлений о сути наследственности, жизненности, видообразования и т. п. ( 10_268 ). Все эти антинаучные спекуляции, против которых возражали ученые, были поданы Трофимом Денисовичем как незыблемые положения науки.

Так же их расценила в эти дни "Правда" , напечавшая большой отчет о заседании и опубликовавшая огромную фотографию президиума собрания и Лысенко, возвышающегося над трибуной.

Завершающим аккордом в праздновании столетнего юбилея Мичурина стало присуждение Лысенко золотой медали имени И.В.Мичурина. Такой поворот событий рассматривался тогда многими как крупное поражение ученых.

Именно тогда Любищев направил в различные органы печати "Открытое письмо", уже упоминавшееся выше, в котором, в частности, он писал по поводу этого поражения:

"И вот сейчас по случаю мичуринской годовщины лысенковцы празднуют полный реванш после мелких поражений последних лет ... Лейтмотивами нынешней возрожденной лысенковщины являются:

1. Нельзя критиковать того, что одобрено ЦК, так как ЦК непогрешимо.

2. Противники Лысенко реакционеры, мракобесы, оголтелые империалисты, предатели и проч.

Разберем первый лейтмотив: ЦК не ошибается. А разве ЦК уже не признал многих ошибок, сделанных за период с 1947-1953 года (до марта):

1) чрезмерный, противоречащий марксизму культ личности;

2) разрыв с Югославией, полезный только для врагов мира и социализма;

3) чрезмерная борьба с "космополитизмом", выразившаяся в почти полном прекращении обмена между учеными, в резком ухудшении преподавания иностранных языков: именно в этот период было прекращено преподавание на иностранном языке теоретических предметов старших курсов;

4) грандиозный ленинградский процесс, приведший к гибели Вознесенского, Попкова и других деятелей, исключении многих тысяч членов партии;

5) еще более зловещий процесс врачей-отравителей, завершивший связанную с борьбой с "космополитизмом" вспышку антисемитизма;

6) закон о запрещении браков с гражданами иных государств;

7) многочисленные закрытые процессы (пример: дело Клюевой , дело Роскина и дело Парика ), а сейчас уже ликвидированные с реабилитацией осужденных;

8) возвеличивание Лепешинской с присуждением ей в экстренном порядке сталинской премии;

9) поддержка Бошьяна , получившего за свою стряпню степень доктора наук и т. д. ...

Мое выступление может вызвать резкую реакцию со стороны высокопоставленных ученых. Весьма возможно, что я даже их согласным хором и молчанием честных, но робких ученых (вспомним заседание ВИЗРа [Всесоюзного института защиты растений в Ленинграде - В.С] 27 или 28 августа 1937 года) буду осужден как клеветник. Это меня не пугает.

Дело Дрейфуса длилось семь или девять лет. Эмиль Золя был осужден как клеветник, полковник Пикар два раза подвергался осуждению, но сейчас каждый честный человек сочтет за честь быть сопричисленным к их компании.

31 октября 1955 г., Ульяновск ( 10_269 ) .

Конечно, власти были в курсе настроений большинства ученых биологов и специалистов многих других дисциплин. Стало ясно и им, что не прислушаться к коллективному мнению ученых нельзя. Этим и объясняется двойственная позиция, занятая верхами в это время. С одной стороны, предоставив трибуну для доклада в Большом театре Трофиму Лысенко и утвердив решение о том, чтобы увенчать его золотой медалью, руководство сделало реверанс в сторону лысенкоистов (Любищев, правда, считал, что в свою сторону - ведь партия непогрешима). Но, с другой стороны, в это же время начались кое-какие движения и в сторону исправления недостатков, указанных в Письме 249-ти . Прежде всего симптоматичным было то, что никто из поставивших под ним свою подпись не пострадал. Затем, к удивлению многих, объем " Ботанического журнала " - главного рупора критиков лысенкоизма был в конце 1955 года удвоен.

Физикам отдельно пообещали, что будет дано согласие на организацию научного центра [ РБО ] по изучению влияния радиации на генные структуры, и что изучать это влияние поручат тем, кто разбирается в генах, а не тем, кто не допускает даже мысли об их существовании.

А между тем гены снова попали в фокус внимания ученых во всем мире благодаря открытию структуры ДНК.

Ссылки:
1. ПЕРВОЕ ПАДЕНИЕ ЛЫСЕНКО, БОШЬЯН

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»