Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

АКАДЕМИЧЕСКИЕ БАТАЛИИ 58-ГО ГОДА

Кампания 1958 года по выборам в АН СССР отличалась невиданной ранее активностью. Еще до, а особенно после публикации 30 марта в "Известиях" официального объявления о предстоящих выборах, в адрес Отдела науки и Секретариата ЦК на имя Е.А. Фурцевой и Н.С. Хрущева посыпались десятки писем и обращений от ученых - горняков, металлургов, географов, этнографов, историков КПСС - с просьбой открыть дополнительные вакансии для тех наук, которые они представляли. Физики, судя по документам, сюда не писали. За них, точнее за часть из них, писали чиновники со Старой площади. Именно в этих кабинетах родился один из самых ярких, по крайней мере среди доступных на сегодня, документов по социальной истории советской физики "оттепельной" эпохи. При первом же взгляде на него историку, просмотревшему кипу подобных бумаг, бросается в глаза грубое нарушение субординации. Обращение через голову начальника (в данном случае - В.А. Кириллина, тогда уже члена-корреспондента, заведовавшего Отделом науки, вузов и школ ЦК КПСС) непосредственно в Секретариат - явление экстраординарное. Автор документа, очевидно, шел на сознательный риск и вел свою игру. Эта докладная записка в Секретариат ЦК КПСС, подписанная инструктором Отдела науки А.С. Мониным , недавно полностью опубликованная, отражает в предельной для подобного документа форме накал страстей вокруг битвы за академические звания. На шести страницах упомянуты десятки физиков, почти все, кто в конце 50-х годов имел научное имя и мог претендовать на академические лавры. Приведу лишь избранные места.

"В отделении физико-математических наук АН СССР сложилась неправильная обстановка, когда ряд беспартийных ученых, в первую очередь академики Арцимович Л.А. , Алиханов А.И. , Ландау Л.Д. , Леонтович М.А. и Тамм И.Е. , игнорируют мнение партийных организаций и пытаются противопоставить партийному влиянию свой высокий научный авторитет, в особенности при решении кадровых вопросов, которые всегда были и являются неотъемлемым делом партии. Эти ученые и примыкающие к ним лица создают в Отделении обстановку групповщины и необъективности и влияют на решение кадровых вопросов, исходя из своих групповых и личных интересов.

Наиболее активна группа, возглавляемая академиком Ландау..." (Ф. 5. Оп. 35. Д. 68. Л. 80). Далее в тексте идет перечисление физиков-коммунистов, которые, по мнению автора записки, оказались забаллотированными на предыдущих выборах "в результате недооценки указанной обстановки со стороны Президиума АН СССР". Вместо этих ученых, чьи кандидатуры были предварительно одобрены ЦК КПСС , в Академию оказались "избраны ученики академика Ландау профессоры Мигдал, Померанчук и Гинзбург, ученик академика Тамма профессор Марков и другие беспартийные ученые .

Это привело к ухудшению обстановки в Отделении физико-математических наук, к усилению имеющейся групповщины. Следует отметить, что, не получая должной поддержки, признания их научных заслуг и поощрения за проводимую ими большую научно-организационную работу, ученые-коммунисты оказываются морально ущемленными и попадают в Академии наук в фальшивое положение, когда партийность и участие в научно-организационной работе оказываются в глазах некоторых академиков чуть ли не препятствием к избранию ученого в АН СССР.

В особенно тяжелом положении находятся ученые физики Московского университета [...] Однако, вследствие необъективного отношения к ним со стороны академиков Ландау, Тамма и Леонтовича, они практически не имеют шансов быть избранными в Академию наук. При подготовке к очередным выборам в АН СССР, которые состоятся в июне с. г., президиум АН СССР не принимает должных мер для исправления создавшейся обстановки и для усиления партийного влияния на деятельность Отделения физико-математических наук АН СССР" (Л. 81).

Автор записки, обеспокоенный тем, что при пассивной, на его взгляд, позиции руководства АН СССР возможно укрепление группы Тамма-Ландау, обозначил несколько наиболее важных ключевых моментов в складывающейся ситуации. Так, крайне нежелательным представлялось возможное избрание в академики члена-корреспондента АН СССР Я.Б. Зельдовича - это значительно усилило бы группу Ландау. Известно, как высоко оценивал Я.Б. Зельдовича И.В. Курчатов6 .

Новые штрихи к этому добавляют следующие слова инструктора Отдела науки ЦК КПСС: "В самое последнее время академик И.В. Курчатов, вопреки мнению Отдела науки, вузов и школ ЦК КПСС , добился открытия дополнительной вакансии для избрания в академики по физике члена- корреспондента АН СССР Я.Б. Зельдовича. Несмотря на мое огромное уважение к И.В. Курчатову как крупнейшему советскому ученому и организатору научных исследований, я считаю его предложение неправильным". Далее следует набор "аргументов" - грубых и несправедливых.

Другой и еще более неотложной задачей в контексте выборов 58-го года виделся инструктору Отдела науки вывод академика Л.А. Арцимовича из состава Президиума АН и лишение его должности академика-секретаря ОФМН.

Дело в том, что хотя в начале 1955 года сторонникам Тамма- Ландау не удалось сделать Л.А. Арцимовича академиком-секретарем ОФМН, спустя примерно год они добились своего. Можно полагать, что все физики и другие ученые, причастные к созданию ядерного оружия и специальным техническим работам, денно и нощно находились под наблюдением и разговоры их прослушивались. Обнародование справки КГБ на Л.Д. Ландау , как раз относящейся к тому же периоду, с достаточной очевидностью демонстрирует этот механизм. Из текста рассматриваемой записки явствует существование точно такой же справки КГБ на Л.А. Арцимовича (что в принципе позволяет ставить вопрос о ее рассекречивании).

А.С. Монин пишет:

"Тов. Арцимович не оправдал оказанного ему доверия. По материалам КГБ, он допускает в своей среде резко антисоветские высказывания и выпады против руководителей партии и правительства (выделено мною. - СИ.). Когда эти факты стали известны, стало ясно, что т. Арцимович должен быть немедленно отстранен от руководящей организационной работы, и президиуму АН СССР было рекомендовано подготовить избрание на пост академика-секретаря Отделения другого ученого.

С т. Курчатовым была достигнута договоренность, что он поставит вопрос об освобождении т. Арцимовича от обязанностей академика-секретаря Отделения, в целях усиления его научной работы в Институте атомной энергии. Однако президиум АН СССР уже в течение полугода не решает вопроса об освобождении т. Арцимовича от руководящей работы в Отделении.

Наоборот, в распоряжении президиума АН СССР о предоставлении т. Арцимовичу творческого отпуска на лето с. г. предусмотрено, что контроль за подготовкой и проведением выборов по Отделению сохраняется за т. Арцимовичем. Тов. Арцимович уже назначен председателем экспертной комиссии по выборам в Отделение физико-математических наук. Он уже добился включения в состав экспертной комиссии, сверх списка, согласованного президиумом АН СССР с Отделом науки, вузов и школ ЦК КПСС, академика Тамма И.Е. , известного своей необъективностью, в частности, несправедливым отношением к ученым-физикам Московского университета> (Л. 83, 84".

Особый характер обращения инструктора в Секретариат ЦК подчеркивался тем, что в своей, скажем, настойчивости автор выходил за рамки принятого. "Необходимо потребовать от президиума АН СССР, - писал он, - подготовить и провести во время выборного собрания Отделения физико- математических наук АН СССР переизбрание академика-секретаря Отделения т. Арцимовича, с последующим выводом его из состава президиума АН СССР.

Возможными кандидатами на пост академика-секретаря могут быть академики Боголюбов Н.Н. и Курдюмов Г.В. . Следовало бы освободить т. Арцимовича от поста председателя экспертной комиссии по выборам в Отделение физико- математических наук. Учитывая сложность обстановки в Отделении, представляется желательным поручить эту работу вице-президенту АН СССР академику Лаврентьеву . Считаю, что не следует поддерживать избрание в академики по физике т.т. Зельдовича и Обреимова . Желательными кандидатами для избрания в академики по физике считаю коммунистов т.т. Векслера , Блохинцева и т. Константинова . Т.т. Блохинцев и Константинов, после их избрания в академики, были бы прекрасными кандидатами на пост академика-секретаря Отделения. Считаю, что следует оказать максимальную поддержку избранию в члены-корреспонденты АН СССР коммунистов т.т. Понтекорво, Пешкова, Добротина, Левшина, Соколова, Северного, Кукаркина, Никольского, открыв для этого, при необходимости, дополнительные вакансии" (Л. 85).

На сессии Общего собрания АН СССР, проходившей 18-20 июня 1958 года, по Отделению физико-математических наук академиками стали: Л.С. Понтрягин, В.И. Векслер, Я.Б. Зельдович, И.В. Обреимов.

С 1959 года выборы в АН СССР проводились ежегодно. На Общем собрании 28 марта 1959 года избрание академика-секретаря было отложено, а еще через год, в феврале 1960 года, в срочном порядке на Секретариате по представлению Отдела науки ЦК КПСС академиком-секретарем ОФМН был рекомендован Л.А. Арцимович (Д. 127. Л. 1, 2).

Солидарность ученых, сумевших тогда оказать ощутимое сопротивление системе, сделала на какое-то время возможным почти невозможное: принадлежность (в большинстве случаев - чисто формальная) к правящей и единственной партии становилась не пропуском наверх, к научно- административной карьере, а наоборот, сигнализировала о выраженном конформизме и необходимости проявить осторожность. Естественно, что на Старой площади это рассматривалось как результат "групповых действий т.т. Ландау и Тамма". Когда читаешь подобные строки, то перед мысленным взором нет-нет, да и всплывает умное, благородное и слегка усмехающееся лицо Игоря Евгеньевича.

Ссылки:
1. ТАММ ИГОРЬ ЕВГЕНЬЕВИЧ: ПРОТИВОСТОЯНИЕ ПАРТИЙНО-БЮРОКРАТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»