Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Козлы в атомном реакторе

На первом реакторе козел получился уже на второй день его работы. Козел- это когда нарушается теплообмен в каком-то канале, все это разогревается и часто сплавляется. Эту штуку надо удалять из активной зоны, чтобы зона нарушенного теплообмена не Распространялась.

Мы не понимали собственно в чем дело. Потому что если был нормальный теплоотвод то казалось бы ничего плохого не должно быть. А тут вдруг есть, есть теплоотвод - а потом вдруг бац - нет расхода воды и есть козел.

Конструкция была такая: вода подавалась насосами в коллектора реактора. Из коллектора она попадала в канал и шла вниз, и самотеком потом оттуда выходила.

Канал - это прямая труба, в которой сидели урановые блоки. Урановые блоки примерно около 100 мм длины, около 35 мм диаметром. Они одеты были в алюминиевую оболочку. Труба была ребристая, ребра у нее внутри, чтобы блоки к стенке не прикасались. Блоки загружались туда между ребрами, такой столб большой. И через это дело прокачивается вода. И эта вода вдруг переставала идти. Причем раньше это все фильтровалось, вода была чистейшая.

Вода настолько чистая что скажем на семи метровой глубине видно двугривенный, который лежит на дне резервуара. Так что эта очистка производилась самым тщательным образом. Потом происходили вот такие штуки, и это было непонятно. Был у нас первый козел, потом был второй, третий, четвертый, пятый пара козлов была, ужасных козлов. Мы их значит там высверливали, страшно мучились с этим делом, страшно бились.

А оставить их нельзя, будет выгорать графитовая кладка. И вот они все время там эти козлы проклятые получались. И я помню как мы расправлялись с одним козлом, мучились страшно. Уже у нас стоял реактор две недели. Мы все время там сверлили, сверлили, что-то вынимали, вынимали.

Где-то сверлить надо на 20-метровой глубине это такой огромной бор- штангой. Вдруг - трах- сверло лопается пополам. Я помню, лопнуло значит такое здоровое сверло - что делать? Я говорю, братцы, давайте сейчас сделаем электромагнит. Попробуем его электромагнитом подцепить. А как в него засверлиться и его захватить на этой 20-метровой глубине когда там ни черта не видно и не знаешь попал туда или не туда - черт его знает. Сделали мы магнит. Все не верили, что это дело возможно. Опустили его туда и вытащили на магните это проклятое сверло, вот такую блямбу, конец сверла. У нас тогда был там очень интересный мужик, Фролов-Домнин . Он сейчас работает у нас в институте. Ну он собственно не так работает, как он уже пенсионер, но мы его держим поскольку он был ветераном всего этого дела. Отличный механик-самоучка. И вот он придумывал всякий инструмент для раскулачивания этих самых "козлов". Я помню, как-то я прихожу на реактор, он бросается ко мне, говорит, вот, Анатолий Петрович, мы наконец придумали как с козлами бороться. Надо его сверлить, когда он мягкий. Надо выводить реактор на мощность и сверлить, вот смотрите как сверло идет. Я смотрю, действительно у него эта штанга идет туда, я прямо за голову схватился. Тебе, говорю, кто разрешил? - Начальник смены. Я значит начальнику смены, что ты мать твою так и перетак, что ты делаешь? Ну-ка говорю, остановите все к чертовой матери, выньте оттуда штангу. Значит, они вынимают ее оттуда - идет, идет она сначала, потом начинает идти красная, потом белая и вместо всех сверел там такой обсосок этой штуки.

Я помню мы тогда корчевали, корчевали какого-то "козла". Мы сверлили, сверлили, и вот уже вроде мы должны были бы все просверлить насквозь. По отметкам выходит так, что мы сейчас должны уже пройти разгрузочный аппарат. А разгрузочный аппарат это там такие нержавеющие конструкции, поперек всего реактора. Значит начинаем пробовать разгрузочную конструкцию вот эту самую, балку так сказать, потянуть и - свободно. А по всем отметкам уже должна была бы эта штука войти туда. И вдруг этот Фролов говорит - Анатолий Петрович, а давайте мы соседние подергаем? Одну дернули - ничего. Вторую дернули - не хочет дергаться. Оказывается вот это сверло на этой 26 метровой длине ушло вот так в сторону и соседнюю эту штуку пробурило насквозь. В общем чего там только не бывало. Надо сказать, нахватались мы тогда всякого излучения невероятное количество.

Вот как-то мы один "козел" там раскулачивали, и удалось захватить.. мы значит обычно цангой хватали за верхний блочок и вынимали потом - столько вынимается. Дальше начинаем сверлить. Это техника такая - сначала разгрузить вниз - сколько вылезло, столько вылезло. Потом, значит, сверху вынуть сколько вынул. Ну а там в середине один может сплавился, может десять сплавилось. Сначала мы его постучим. Иногда бывало так что - называлось зависание - постучим и он выскочит в конце концов. Если уж не выскакивает, тогда сверлить. И вдруг, когда мы вытаскивали блочки вдруг вытащили такую длинную колбасу, штук вероятно двадцать этих блоков и среди них два почему-то блестящих. Все черные такие, обгоревшие, а два почему-то блестящих. Значит мы все стоим за выступом стены и так только выглядываем оттуда посмотреть. Потому что светит же оттуда по-сумашедшему. Я говорю Ефиму ( Ефиму Павловичу Славскому ) - что это за черт, - два блестящих. Он говорит, да где ты там видишь блестящие? Я говорю - да вот смотри. Он значит взял, выбежал туда - я не вижу, где блестящие! Я значит к нему прибежал - вот, смотри где блестящие.

Ну, выбежал из-за защиты, что поделаешь. Вся защита, перископы, это все есть. Но все это приспособлено для нормальной работы. А вот когда такая авария так тут что-то надо быстро делать. Я помню, это уже на пару лет позже было, на тяжеловодном котле случилась авария. Там выгружали блоки из реактора, ну их в такие кюбеля, в такие бадьи всегда разгружают. Это все под водой делается, все честь честью. И вдруг значит оказалось, что эта течка - устройство, через которую засыпаются блоки в кюбель, забилась. Там образовалось сколько-то блоков, вода начала кипеть, значит как только получился пар - уже охлаждения нету, все эти блоки стали там плавится, получился грандиознейший "козел", реактор вышел из строя. Вот тогда Ефим там раскулачивал этот реактор и там был такой Замков , конструктор хороший очень. Очень оперативно, он страшно быстро все это соображал, как что сделать, и сразу в ремонтно строительном цехе изготовляли все это. Буквально, дал чертеж, через 20 минут ты получаешь вещь. Вот так было тогда сделано. Ну, работали люди день и ночь, напряженно, а туда нельзя было даже подойти поближе посмотреть что к чему. Тогда построили такой вроде танка с свинцовой защитой кругом громаднейшей, такие толстые листы свинца, и это называлось "сазан". И вот на этом сазане Ефим значит подъезжал к этой штуке и смотрел как ее разбирать, потому что нельзя было ничего себе представить как там сделать. И это очень помогло тогда.

Еще вот я помню, мы как-то один "козел" значит раскулачивали, раскулачивали, в конце концов раскулачили. Все. Начинаем выходить на мощность. Даем команды и идем обедать. За обедом мы тяпнули бутылочку портвейна. Вдруг прибегает Дубовский , а мы обедали там прямо рядом, в здании реактора. Прибегает Дубовский - Анатолий Петрович, два козла. Снова. . Эх, ты, черт возьми! Побежали мы туда бегом, скорее. Еще только только выходили на мощность. И вот тут нам удалось понять в чем дело. Я стал подробнейшим образом расспрашивать Дубовского, а была такая именно замечательная вещь, что чаще всего вот эти козлы получались сразу после выхода на мощность, не после того, как работает длительно аппарат, а сразу после выхода на мощность. И что оказалось. Там было сделано таким образом - вот идет водовод, по которому вода подается в канал, на нем стоит расходомер. Это так называемая рабочая вода. После расходомера стоит обратный клапан, и подходит труба аварийной воды, то есть если у тебя перестала подаваться вода от насосов, то у тебя открывается этот обратный клапан, и вода течет прямо из бака - без напора но течет. При этом у тебя срабатывает аварийная защита, мощность реактора снимается, а остаточное тепловыделение должно сниматься этой водой.

И вдруг мне говорит Дубовский, что я, говорит, никак не думал, потому что я лично осмотрел все расходомеры, всюду был расход в норме, а на этих двух каналах расход даже был больше нормы. Я, говорит, обратил на это внимание, что расход был больше нормы. И вдруг именно на них образовались козлы. И вдруг меня как ударило, Что, а может быть этот клапан обратный не прикрывается полностью и вода идет не в канал, а перекачивается в бак хранилища воды? Ну, с этими "козлами" мы довольно быстро расправились, потому что они были легонькие сравнительно. Но мы тогда это дело поняли. И мы тогда сделали сигнал аварийный, который включал аварийную защиту, не только на снижение расхода, но и на повышение расхода.

И вот оказалось, что это спасает нас от "козлов". Это и была причина. То есть их стало по крайней мере в 10 или 20 раз меньше. Это перестало быть таким бедствием каким-то ужасным. "Козел" это такая вещь, что почему-то вдруг прекращался расход воды через канал, после этого там уран расплавлялся, получались карбиды урана с графитом, распирали они всю эту штуку. И все это начинало гореть. И нужно было потом высверливать... достать все блоки, которые еще не расплавились, потом высверливать те блоки, которые расплавились, обсверливать их кругом по графиту. И это в общем приводило к очень тяжелым авариям.

Ссылки:
1. "Козлы", зависания и прочие неполадки реактора "А"
2. Строительство и пуск первого промышленного реактора А-1 для наработки плутония
3. Фролов-Домнин
4. О конструкции реактора, радиационном распуханнии графита
5. РАБОТА НА ПЕРВОМ РЕАКТОРЕ А-1 ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ ПЛУТОНИЯ НА УРАЛЕ
6. Радиационная деформация урановых блоков
7. Начало работ по первой атомной подводной лодке СССР

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»