Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Усадьба-дача Вакара П.М. в д. Белый Берег

Бывая часто в командировках по делам земства, папа познакомился с городским головой уездного города Радомысля Киевской губернии помещиком Гринцевичем . Объехав его владения (поместья), папе так понравилась красивая местность, слегка холмистая, чудесная природа - молодой лес, луг с небольшой речкой Иршой , все окружение и папа решил приобрести небольшой участок земли для устройства дачной усадьбы, чтобы обеспечить семью постоянным летним отдыхом. И вот папа договорился с Гринцевичем и приобрел у него под банковскую долгосрочную ссуду 10 десятин земли, т.е. 7 десятин под молодым смешанным лесом, одна десятина распаханной земли, 2 десятины луга с несколькими очень маленькими живописными озерами, окруженные ивами. В озерцах этих водились караси, и папа иногда развлекался ловлей их сетями. На всей этой территории было два небольших холма - один, ближе к лугу, около десятины, был распахан под поле, а на другом холме папа заложил строительство дома. На подходе к лугу рельеф менялся, у спуска холма густо рос орешник. Этот приобретенный участок земли расположен был в 1/2 версте от небольшой деревни Белый Берег .

Само название "Белый Берег" вполне себя оправдывало - эта деревня расположена на правом берегу реки Ирша, притоке реки Тетерев , впадающей в Днепр.

Ирша очень живописная небольшая речка извилистая, с быстрым течением, дно неровное - то мели, то глубокие ямы, вода чистая и прозрачная, берега и дно - песчаные. Русло реки пролегает среди заливных лугов с богатой растительностью. Сама деревня Белый Берег окружена рекой Иршой, заливными лугами, крестьянскими полями и лесами помещиков Гринцевича и Мухина .

На реке в центре деревни стояла водяная мельница, обслуживающая не только деревню, насчитывавшую не больше ста хат, но и соседние деревни. Мельница стояла у плотины очень живописной реки Ирша, окруженной ивами и с небольшими мостами через протоки. У меня сохранились съемки этих мест: на одном 100-летний старик-крестьянин, одетый в белую домотканую одежду с кошелем за спиной, идет по плотине; на другом снимке - я у мостика плотины. Жили в д. Белом Береге, главным образом, бывшие шляхтичи - крестьяне, занимаясь сельским хозяйством на своих песчаных, неплодородных землях. На ст. Ирша , при желании, многие могли найти приработок.

В Белом Береге водяную мельницу арендовал еврей Гершка Малинский . Он жил с многочисленной семьей в своем доме недалеко от мельницы. Гершка имел вид патриархального еврея, ходил с пейсами, в лапсердаке и ермолке (черной шапочке). Жил не богато, трудясь как все крестьяне, имея небольшое хозяйство при доме. Человек он был добрый, порядочный и отзывчивый, крестьяне хорошо к нему относились и обращались к нему за помощью и советами. Он охотно помогал в их просьбах, а у самых бедных крестьян ничего не брал за помол зерна.

Гершка всегда был рад приезду папы, приходил к нам, очень интересовался городскими новостями и политикой и они с напой оживленно вели дружеский разговор. К нам он был очень внимателен и однажды в первый год нашего приезда в Белый Берег, когда я совсем маленькой очень заболела, он по своей инициативе нанял в деревне подводу, сам съездил за 9 км. в село Кухары и привез фельдшера. Папа и мама были тронуты его добротой. Семья у Гершка была большая, старший сын Шулим впоследствии открыл лавочку в деревне, что было очень удобно жителям деревни, Младшие дети, два сына Еська и Буська , возраста Коли , приходили играть летом с Колей. Не знаю, как сложилась судьба всех членов семьи Гершки, но самого Гершку постигла печальная участь - в первые годы гражданской войны Гершка был убит по дороге в местечко Малин , куда он ехал к дочери и сыну. Убит был крестьянами деревни Ялцовка, белобережские крестьяне не могли поднять на него руку, они его уважали и ценили как доброго и отзывчивого человека.

Приобретя участок земли, папа занялся его благоустройством в свободное от службы время.

Началось строительство дома на одном из холмиков. Дом строился несколько лет, капитальный из больших бревен, Крыша была покрыта древесной дранкой. Фасадом дом был обращен к лесу и большой дороге - тракту. В доме было 5 комнат - три больших: столовая, гостиная, спальня- детская и две поменьше, - папина комната-кабинет и комнатка Коли, Из гостиной - выход на открытую большую веранду и сад. Перед верандой мама устроила цветник - клумбы цветов очень красивых разных видов. В гостиной был камин, который отапливал с другой стороны прихожую. Была кухня с комнаткой для прислуги, коридорчики и кладовки. В кухне - русская печь и плита с котлом, в котором кипятилось белье или варилась пища для животных. Под домом был построен погреб, где хорошо сохранялись к весне запасы овощей - картофель, морковь, и другие овощи. Вблизи дома был ледник. Зимой ежегодно набивался льдом, и он служил нам все лето для хранения продуктов и приготовления в праздничные дни мороженного.

Жить в Белом Береге мы начали летом 1904 г. и с тех пор всей семьей ежегодно отдыхали здесь каждое лето, вплоть до 1919 г. Из Киева мы ехали поездом по Козельской железной дороге 90 верст до станции Ирша , а от станции либо ехали на лошадях, либо шли пешком 4 версты до деревни Белый Берег чудесным сосновым лесом, который назывался Мухинским, по имени владельца, и, пройдя через всю деревню и 0,5 версты от неё, попадали в наши владения, в наш "райский уголок".

Из ближайших в округе селений мы знали миленькую деревню Стасевую в двух верстах от нас, а на противоположном, левом берегу реки Ирша очень большое село Зарудье , где была церковь, двухклассная приходская школа, водяная мельница. С одной стороны деревни примыкали огромные леса графини Браницкой , а с другого река Ирша. От нас деревня Зарудье была в 3-х верстах по прямой дороге лугом. Мама в этом селе находила прислугу: одна очень хорошая, молодая женщина по имени Текля, жила у нас года 4 - зимой в Киеве, летом приезжала с нами в деревню. Папа нанимал из Зарудья сторожа, а затем с расширением усадебного хозяйства пригласил для ведения хозяйства и для ухода за животными малоземельных молодоженов - Максима, по фамилии Лысый с женой Оленой , которые много лет жили у нас в отдельном домике-избе (во дворе) до 1919г.

Мои первые воспоминания о Белом Береге начинаются с 1904 г., когда строительство дома и оформление участка еще не были закончены, мы приехали на лето и впервые поселились всей семьей в одной большой комнате (детской) окна которой выходили на юго-запад, против прорубленной в лесу аллеи. Аллея вела к проселочному тракту, сплошь песчаному, который шел от села Кухара (в 9 верстах от нас) через село Зарудье и через Белый Берег до ст. Ирша.

Дом еще не достроен, работает мастер, чудесный солнечный день. Мне 3 года, но в памяти и по сей день сохранилась картина маленького эпизода: мама хочет обрезать мне волосы, но я сопротивляюсь, громко плачу.

Все же маме удалась меня уговорить, и по сей день у меня хранится пучок золотистых волос, которые мама сохранила, как и первую мою туфельку.

Вспоминаю всегда с чувством благодарности родителям и судьбе за счастливые и беззаботные летние месяцы и зимние каникулы, проводимые в этом поистине "райском уголке" - нашей усадьбе-даче.

Кроме строительства дома, папа был занят устройством усадебного участка. С другой стороны дома (на северо-запад) был заложен сад фруктовый, а перед большой верандой разместили клумбы цветов, которыми ведала мама и вместе с нами детьми за ними ухаживала.

Папа увлекался этим делом, выписывая соответствующую литературу, стремясь создать хороший сад, хоть и на песчаной почве. Много было положено сил, и времени и денег. Все земляные работы с удобрением, навозом и посадка деревьев производились наемными рабочими. Было посажено много фруктовых деревьев хороших сортов, купленных в Киеве.

Вскоре яблони, груши и сливы стали давать хороший урожай, а вишневые деревья почему-то не прижились и не плодоносили, По краям сада, у забора и на склоне холма были посажены кусты малины и крыжовника. Были большие грядки клубники. Её собирали почти все лето и мама варила варенье, а мы, дети, вкусно "паслись" на этих грядках. Папа любил сам срывать по утрам самые крупные ягоды и есть их со сливками от своей коровы. Все прекрасно росло, и через несколько лет вырос большой красивый сад.

У мамы было полно хозяйственных забот - накормить и нас и прислугу, и наемных рабочих, а также успеть во время сварить варенье на зиму из всех ягод, какие росли у нас в саду и из земляники. Земляничное варенье было мамино любимое. Мама покупала эту ягоду у деревенских жителей, которые приносили нам ее в "глечиках" - глиняных кувшинах прямо из леса, свежую, ароматную. Мы тоже ходили в лес, но больше там "паслись" на вкусной ягоде, чем собирали ее.

Усадебный участок был обнесен штакетным забором со всех сторон, с большими воротами в конце аллеи. Этот забор в дни отпуска папа сам с участием Коли ставил, прибивая штакеты, а мы девочки с увлечением красили его, также и высокие ворота.

Постепенно папа расширял хозяйства: были куплены коровы, лошадь, свиньи, птица, приобретены повозки, сани, всякая упряжь. Конечно, появилась собака и кошка, очень долго жила у нас дворовая собака Волчок, которую мы очень любили - похож был на сеттера, но темно-коричневой шерстью. В дальнейшем папа завел овец каракулевой породы. Из их шерсти была у него сшита бекеша, а потом папа увлекся разведением кроликов различных пород. Рядом с садом недалеко от дома располагался хозяйственный двор, отгороженный от леса забором-жердями. На этом дворе был домик - изба, в котором много лет жил сторож-работник Максим Лысый с семьей. К этой хате был пристроен большой сарай-каретник и конюшня.

Отдельно был построен сарайчик, курятник для кур, которых любила разводить мама. С годами все здесь совершенствовалось, благоустраивалось, хозяйство расширялось. Был построен амбар с весами и в конце двора большой сарай-конюшня и коровник. А за двором, ближе к лугу, построен сарай-клуня с током, где хранили и молотили снопы ржи. В конце сада рос дикий орешник, через который мы выходили на луг, принадлежащий помещику Гринцевичу, шли к реке Ирша купаться и кататься на лодке.

Мама и папа постепенно знакомились с жителями деревни Белый Берег. Знакомство сначала было на материальной основе - нужны были продукты питания - молоко, масло и другие продукты до тех пор, пока нас не обеспечивало свое хозяйство. Первыми знакомыми была почтенная семья Мурги. Мать семейства Федосья Мурга хорошая, красивая, уже не молодая женщина сразу откликнулась на просьбу мамы. Она продавала нам молоко и кое-что из других своих продуктов. А также помогала наладить связь с другими крестьянами, которые тоже продавали необходимые продукты.

Но многого купить в деревне не могли, так как деревня была не богата и всякую живность они берегли для своих нужд. Поэтому приходилось ездить маме на ярмарку в село Кухары за 9 км. за курами, мясом и т.д. Мы, дети, очень любили эти поездки, мама нас брала с собой. Все было очень интересно: - подводы, груженные всякими товарами, - домашняя птица, ведра с маслом, связанные свиньи, поросята, привязанные к телеге, - лошади, коровы и т.п. Всё это сопровождалось криками возчиков, - визгом поросят, кудахтаньем и писков птицы. Особенно шумно было на ярмарке, где хозяева телег громко зазывали покупателей. Было все в движении, живо и весело, особенно в солнечный день.

Так как своего транспорта пока не было, мы не могли часто ездить за покупками продуктов, а нанимать было дорого, нам пришлось самим завести хозяйство: купить кур, уток, появились наседки и свои цыплята, откармливали поросят.

Связи с деревней росли, крестьяне относились к нам доброжелательно, как и мы ним. К маме приходили больные: жаловались: "Коло серця болить..." - мама давала слабительное, и больные выздоравливали, давала советы от простуды, от всех несложных болезней, лечить которые научилась на нас, детях. Дома всегда была домашняя аптечка и мама щедро делилась лекарствами со своими "пациентами". А к папе приходили крестьяне за советом юридическим и папа охотно старался им помочь.

У нас детей были у каждого обязанности: помогали маме в доме и в разных хозделах, а папа привлекал нас к работам в поле, в огороде и саду.

В жаркие, сухие дни мы поливали в саду фруктовые деревья; ежедневно по вечерам поливали цветочные клумбы и огород. Для этого носили воду из колодца ведрами и лейками, что было не легко, так как колодец был внизу холма - во дворе.

Сад увеличивался, папа сажал разные сорта яблонь, груш, слив, деревья хорошо росли и плодоносили, всего было около 100 деревьев, Папа также привлекал нас к уходу за животными, каждому из нас были поручены животные по выбору. Так Коля ухаживал и вырастил лошадку. Папа случайно купил у проезжего крестьянина жеребенка 2-х месячного и подарил Коле. Коля кормил его из соски молоком и к концу лета Нанка - так Коля назвал свою лошадку, приходила по утрам к его комнате, ржала и звала Колю покормить ее. Все мы очень полюбили её. Коля, а потом и мы все ездили на ней верхом. Нанка выросла в красивую, небольшую, умную лошадку. Папа подарил Коле английское седло и у меня есть снимок - как Коля гордо восседает верхом на Нанке. А Надя изобразила карикатурно - Колю на Нанке (рисунок этот сохраняется у Нади). В гражданскую войну в 1919 году Нанка была убита осколком снаряда в сарае нашей дачи в Святошино во время обстрела и наступления петлюровцев. Вера выбрала уход за телятами, Надя за овощами, а я за птицей, которая жила в будке-курятнике. Потом, в последние годы, когда папа увлекся кролиководством, я стала ухаживать за кроликами. Папа развел несколько пород кроликов, покупал на выставках для еды и для шкурок - меха.

Количество их увеличилось до 50 штук. Мы должны были кормить своих животных, держать в чистоте их помещение.

Во время жатвы, в поле около дома, мы помогали работникам - научились вязать снопы и укладывать в копны. А на лугу помогали во время сенокоса. Убирать траву, - сено было самое большое удовольствие, - мы сгребали сено граблями (деревянными) в большие кучи, в которые мы зарывались с головой, шалили, пели, веселились. Но в тоже время мы помогали работникам, соревнуясь, кто скорее и больше сделает работы. А нами весело командовал Максим-молодой, красивый - наш постоянный работник. Папа всегда участвовал в уборке сена, сгребая его и заражая нас своим энтузиазмом. Отец вырос в городе Петербурге и был далек от сельской жизни и хозяйства, но он горячо любил природу и благодаря ему, в нас детях он на всю жизнь зародил любовь и уважение ко всему живому, растущему.

Мы - дети охотно приобщались к труду, так как нас не неволили, а вовлекали в работу, которая нам нравилась своею новизной, общим совместным трудом и полезностью и еще потому что мы были полны энергии и в каждом деле находили для себя долю игры, что нам взрослые не запрещали, а даже поощряли. Теперь можно в полной мере оценить разумный подход родителей, которые научили нас любви и уважению, ответственности ко всякому труду.

Приезжая в эти деревенские просторы, мы наслаждались свободой, рады были летом забыть о занятиях в городе. Время проводили среди чудной, красивой природы. В лесу, особенно в дальнем, соседнем, сосновом, Мухинском, - росло много земляники, черники и много различных грибов, от сыроежек до белых грибов. Ягоду мы любили есть, но не любили собирать, к тому же нам их ежедневно продавали деревенские ребятишки за небольшую плату. Но грибы мы любили собирать и устраивали грибные походы, главным образом в Мухинский лес , где росло много белых грибов. Найти белый гриб, да еще целое его семейство - было большой радостью. И в нашем молодом лесу тоже были разные грибы, больше сыроежки, а осенью мы собирали грузди и рыжики, которые мама солила и мариновала на всю зиму.

Наши белобережские развлечения были крайне разнообразны - сама жизнь в лесу среди красивой природы доставляла много удовольствия - прогулка и походы в лес, в поле, на речку Ирша.

Мы ходили купаться на речку Ирша несколько раз в день, Речка протекала на большом лугу в 5 мин. ходьбы от нашего дома. Это было огромное удовольствие. Река небольшая, не глубокая, но местами с глубокими ямами, быстрым течением, вода чистая, прозрачная, дно песчаное.

У нас было свое постоянное место для купанья, где хорошо было изучено дно, глубина и мы, научившись рано плавать (учила нас мама) плавали на этом расстоянии вверх и вниз по течению. Случалось, что заплывая дальше знакомых мест, попадали в глубокие места и ямы. Так однажды мама чуть не утонула, но, к счастью смогла сама выплыть, она хорошо плавала. А с братом Колей был такой случай: приехал к нам в гости двоюродный брат Толя Беклемишев и он вдвоем с Колей пошли покупаться. Толя выбрал место, где была глубокая яма и вместе с дядей поплыли к ней. Толя отлично плавал, а Коля слабее и его стал затягивать в глубину водоворот, в который он попал, и он не мог выплыть, как ни старался. Спас его Толя, вытащив с трудом на берег уже без сознания и откачал его. Так счастливо закончилось это купание.

На реке была у нас лодка-шлюпка, которую поставили и привязали возле места, где мы купались. Мы научились грести и управлять лодкой, но скоро убедились, что могли совершать на ней прогулки только вверх по течению - в сторону деревни Б.Б. и то это было нелегко, так как часто застревали на мелях, и лодку приходилось тащить волоком. А вниз по течению, до села Зарудья не могли плыть из-за больших мелей, а вот однажды летом пошли сильные ливни и река вышла из берегов, залило луг. Коля сразу "загорелся" " прокатиться" на лодке до Зарудья и обратно. Он уговорил нас, сестер, и мы с радостью согласились, несмотря, на условие Коли ничего не говорить маме и вообще никому. Мы всей компанией, вчетвером (а мне тогда было лет 8) помчались к лодке и понеслись по быстро несущейся извилистой реке, а ветер все усиливался, сначала вырвалось весло из уключины у Нади и его унесло по течение. Она и Вера сидели на веслах, Коля на руле. Потом сломалось весло у Веры и вскоре ветер вырвал из рук Коли рулевое весло. Лодка была неуправляема и нас прибивало от берега к берегу с отчаянной быстротой и пригнало к селу Зарудью. Тут река уходила под шлюзы и нашу лодку понесло прямо в шлюз водяной мельницы.

Спас нас крестьянин, который стоял на берегу со священником. Они указывали на нас и что-то кричали. Крестьянин быстро вскочил в стоявшую лодку и бросился к нам наперерез, он успел перехватить нашу лодку недалеко от шлюза и подтащить к берегу. Мы вышли на берег, испуганные, но счастливые удачным исходом нашего плавания, но, не зная как нам вернуться домой. Помог нам священник, который пригласил нас к себе домой, пообещал отправить нас домой на подводе, а дело было уже к вечеру, матушка нас накормила, мы отогрелись и уже в сумерках поехали домой на подводе. Подъезжая к нашей усадьбе, мы увидели маму, которая ехала нам навстречу на повозке. Она весь день искала нас, вся в волнении и страхе за нас. Вот такие иногда "шалости" мы проделывали, доставляя не малые переживания родителям. Ведь мы бегали, всюду уходили от дома, занятые всякими развлечениями, инициатором которых был Коля, мама звала нас к обеду и ужину гонгом - ударами по железке. А развлечений и занятий разных было у нас много. Мы много читали, книг у нас было достаточно, больше было классики, но и с собой привозили разную интересную литературу. Читали всюду, больше сидя или лёжа на траве в лесу под деревьями, а иногда взбираясь и на деревья, где удобно устраивались. Увлекались игрой в крокет и играли с азартом. Особенно, когда приезжали товарищи и Толя Беклемишев . Площадку сделали в лесу около домика Коли. Любили играть в лапту, городки и другие игры. Часто играли в "принцессы и разбойники" и воображали все очень реально и с азартом "разбойника", ловили принцесс и пленниц привязывали веревками к дереву, да так, что у нее вызывало слезы. Около дома были качели, висел гамак.

Когда приходили деревенские дети или девушки - то им тоже разрешалось покататься на качелях - для них это было впервые и доставляло удовольствие.

Папе нужно было отдавать долги за приобретенный участок - нашу дачу, а чтобы получать ссуду в банке, надо было иметь земельный ценз. Поэтому папа приобрел и Гринцевича необходимое для этого количество земли. Недалеко от нашего участка - это была порубь, стоила не так дорого, на это папа снова получил ссуду в банке. Увеличив посевную площадь, папа расширил хозяйство - разных животных - лошадей, коров, овец, кроликов.

В этот период дополнительно отроились сараи, амбар с весами и большой сарай клуня с током, веялкой, молотилкой, которые были потом приобретены. Сначала на току молотили снопы цепями, я научилась немного, т.е. пробовала молотить, но это очень тяжелая работа, молотили больше мужчины.

Папа постепенно построил на нашем участке 2 дачных домика. Один небольшой из двух комнат с верандочкой у самой аллеи в лесу. Папа этот домик потом подарил Коле, когда он был в старших классах и к нему летом приезжали товарищи. Второй дачный домик побольше из 4-х комнат с кухней и верандой папа построил вдали от дома на лесном участке и сдавал его летом дачникам, чтобы иметь средства для погашения банковской ссуды. А когда Коля был в армии и его домик тоже сдавали дачникам.

В 1912 году летом к нам в Белый Берег приехала из Варшавы тетя Анна Ивановна Вакар (вторая жена дяди Толи ) с детьми - Алешей , - старшим сыном, Надей и Машенькой , которой было 5 лет. С ними приехала их старая няня, жившая в семье дяди 36 лет. Надя была на год старше меня (12 лет). С ними приехал брат Миша - студент-сын дяди Толи от первого брака.

Приехали на все лето. Вся наша семья и молодежь дружно веселилась. У меня сохранился снимок, как Коля, изображая парикмахера, стрижёт Мишу около дома, а также есть снимок Нади с овцами, и Дашеньки, сидящей рядом с дикой козочкой около будочки. Эту козочку случайно купили у пастуха, за нею ухаживала и очень любила.

Запомнился еще один эпизод того времени. Приехавшая двоюродная сестра Надя была очень бойкой, подвижной и самоуверенной девочкой. И вот, однажды ей захотелось показать нам свою храбрость. Во дворе у нас бегал большой, довольно свирепого вида кабан йоркширской породы. Надя поспорила, что прокатится на нем верхом по двору. Она улучшила момент, когда кабан рысцой пробегал около нас, вскочила на его спину и верхом, еле удерживаясь, проехала несколько шагов. Кабан дико рычал, стараясь схватить ее за ногу, и быстро стряхнул ее с широкой спины. Но Надя была горда, что все-таки выдержала пари, проехалась, хоть вскоре упала.

Следующий приезд наших варшавских родственников был в 1915 году, летом, когда эвакуировали Варшавский университет в Ростов на Дону, а с ним всех сотрудников.

Анна Ивановна там работала акушеркой (дяди Толи не было в живых). В Белом Береге вся семья их снова провела лето в том же домике.

Война 1914 г. продолжалась. В конце лета 1915 г. приезжал Коля в отпуск и побыл недолго в Белом Береге, а все мы (наша семья, вернулась в Киев к началу занятий). У меня сохраняется снимок, сделанный в то время в Киеве, где Коля - в военной форме с нами сестрами в гимназической форме.

Домик Коли - несколько последних лет снимали Якубовичи - брат и сестра и их мать. Якубович Николай Иосифович был преподавателем латинского языка в мужской гимназии, а сестра его Наташа училась на каких-то курсах (не помню), оба они очень хорошо пели.

У Николая Иосифовича был красивый голос-тенор, а у Наташи сильный - меццо-сопрано. Мы с ними очень подружились и часто встречались в Киеве. Иногда, в хорошие летние вечера, мы собирались у дома на холме (в сторону аллеи) большой компанией с гостями - товарищами Коли, подругами Веры и Нади и частым нашим гостем Толей Беклемишевым и с нашими дачниками Якубовичами - играли во всякие игры, и сидя в дружном кругу, рассказывали разные истории, смеялись, веселились. Пели песни украинские и русские, и часто присоединялась к нам мама, которая хорошо пела, у нее был небольшой приятный голос. Часто она запевала, остальные подхватывали, и получался красивый, звучный хор. К сожалению, у меня и у Веры почти полное отсутствие слуха, но большое было желание петь и мы с нею садились так, чтобы нас не было слышно, если мы "врали".

Ещё большим удовольствием была езда верхом на лошади. Научились ездить все мы на Колиной лошадке Нанке . А когда у нас было уже несколько лошадей, мы устраивали вместе поездки верхом на наших лошадях. Но когда приезжали к нам гости - товарищи или родственники, и мы устраивали поездки - "кавалькады", - то лошадей наших не хватало и нанимали в воскресные дни у крестьян за небольшую плату. Но это было не легко и, тем более, что давали лошадей неохотно и похуже, непослушных, ленивых, либо старых. Сёдел у нас, кроме Колиного и Надиного дамского не было и мы садились на мешки с сеном или подушки, а вместо стремян - веревки и бесстрашно носились на наших "рысаках" по лесам и полям. Падали иногда, но кроме ушибов, травм не было. Поездки верхом на лошади были так увлекательны, веселы, что я на всю жизнь полюбила лошадь и езду на ней.

Запомнился такой эпизод: однажды, когда мы совершали кавалькаду с нашими гостями в соседний большой лес, принадлежавший тогда графине Броницкой , мы проезжали через село Зарудье, - со мной произошла такая "история": моя лошадь на полном ходу быстрой рысью споткнулась и упала на обе передние ноги, и я полетела через ее голову на дорогу, лошадь поднялась и побежала. Хорошо, что я не сильно ушиблась, и когда мне помогли поймать лошадь и снова сесть на нее, мы всей компанией продолжали нашу "скачку" на лошадях. Помню еще, как папа, видя мою любовь к верховой езде, подарил мне казацкое седло. Но я на нем мало ездила, так как это было незадолго до революции, последние годы отдыха в Белом Береге.

Ссылки:
1. ВАКАР ЕЛИЗАВЕТА ПЛАТОНОВНА: ВОСПОМИНАНИЯ О ЖИЗНИ СЕМЬИ ВАКАРА ПЛАТОНА МОДЕСТОВИЧА В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»