Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

СБ-1: начало организации КБ-1

В сентябре 1947 года к воротам номерного НИИ тогдашней окраины Москвы подъехала новенькая темно-синего цвета "Победа". В то время корпуса НИИ, находившиеся недалеко от окружной железной дороги и от конечной станции метро, и несколько рядом расположенных многоэтажных жилых домов возвышались над окружавшими их поселковыми домишками как океанские лайнеры над обломками старинных парусных шхун и баркасов. И пожарная вышка, ныне утонувшая в провале между многоэтажными домами, тогда еще виднелась издалека, как маяк, обозначающий вход в гавань.

Ворота НИИ, как в древней восточной сказке, сами открылись перед "Победой", и она бесшумно, не сбавляя ходу, без всякой проверки, скользнула к зданию НИИ мимо вытянувшегося по стойке "смирно" вохровца. Рядом с вохровцем стоял полковник госбезопасности, который движением руки указал водителю машины в сторону главного подъезда институтского здания. Там при полном параде прибывших ждали директор института и главный инженер. Из машины вышли и поздоровались с ними двое в штатском.

К ним присоединился и полковник, встречавший своих шефов при въезде на территорию института. Один из прибывших был высоким, плотно сбитым мужчиной лет около пятидесяти, в черном добротном костюме, белой рубахе с галстуком, без головного убора. Его густые, совершенно седые волосы, зачесанные с пробором направо, гладко выбритое, отдававшее матовой белизной моложавое лицо, орлиный нос, какая-то бесспорная, словно бы врожденная интеллигентность, сенаторская солидность, строгость костюма и что-то неуловимо благородное во всем его облике - все это создавало образ цельной незаурядной личности. Спутником "сенатора" был совсем молодой человек, двадцати с небольшим лет, в светлом бежевом костюме отличного покроя и такого же цвета туфлях, в белой рубашке апаш, черноволосый, но уже чуть-чуть начавший лысеть. Можно было подумать, что к его пухловатому, по-детски румяному лицу не касалась бритва, если бы не аккуратные, по-грузински ухоженные усики.

- Прошу ко мне в кабинет, предложил директор приехавшим, незаметно для себя обращаясь к младшему.

- Сначала, пожалуй, осмотрим институт, - ответил за обоих "сенатор".

При осмотре института прибывших сопровождал полковник госбезопасности, делая какие-то пометки на сложенной в гармошку синьке. Затем, уже в кабинете директора, он развернул синьку на столе. Это была планировка институтских помещений.

- Пока что нас устроят вот эти помещения, - сказал полковник, показывая на карандашные птички, ранее поставленные им на синьке.

- А ваши кабинеты полагал бы лучше всего иметь здесь, с общей приемной - полковник показал своим шефам, где именно.

- Через неделю нам следовало бы сюда перебраться, - сказал "сенатор".

- Через неделю все будет готово, - поспешно сказал директор.

- Мы имеем личные указания от министра, Дмитрия Федоровича Устинова .

- До свиданья, спасибо. Оба гостя, попрощавшись, уехали, а полковник остался для обсуждения, как он выразился, деталей. В течение назначенной недели в помещениях НИИ, отмеченных на синьке, ломались старые перегородки и ставились новые, работали штукатуры, маляры, паркетчики. Потом туда были завезены новые шкафы, лабораторные и письменные столы, стулья. В лабораторных помещениях телефоны были сняты, зато в коридорах у дверей появились столики с телефонами и стульями для дежурных. Все помещения были компактно расположены в одном отсеке институтского здания, выгорожены и взяты под специальную, откуда-то прибывшую, охрану, которая подчинялась только полковнику госбезопасности. Это были не вохровцы, а настоящие солдаты в синих фуражках с красными околышами; у них были винтовки с примкнутыми штыками, а на туго затянутых ремнях - подсумки с боевыми патронами. Кабинеты грузина и "сенатора" были обставлены новой мебелью, которую в те времена можно было увидеть разве что в совминовских кабинетах или в ЦК партии, на письменных столах кроме обычных телефонных аппаратов красовались изящные, украшенные гербами, с мелодичным звоном, кремлевские " вертушки " - аппараты правительственной АТС. Массивные дубовые тамбуры и двери, ведущие из приемной в кабинеты, были обшиты звуконепроницаемыми слоями войлока и сверху покрыты светло- коричневым дерматином. Полковник госбезопасности разместился в кабинете напротив директора НИИ . По истечении назначенной недели на территории НИИ начала работать новая организация Министерства вооружения СССР? Специальное бюро * 1, сокращенно СБ-1 , несекретное название- "предприятие почтовый ящик 1323". Ее директором стал Павел Николаевич Куксенко - никакой не "сенатор", а профессор, доктор технических наук, один из старейшин советской радиотехники; главным инженером стал Сергей Лаврентьевич Берия , только что закончивший Военную академию. Полковник госбезопасности Кутепов Григорий Яковлевич стал заместителем директора. При нем состояла группа офицеров госбезопасности, с которыми он в свое время командовал "шарашкой" заключенных авиаконструкторов Туполева, Мясишева, Томашевича и других. Сотрудники СБ-1 организованно приезжали на работу и уезжали с работы на автобусах, время прихода и ухода которых соблюдалось с поразительной точностью. В рабочее время - никаких хождений по коридорам, только дежурные находились в коридорах неотлучно у телефонных столиков. Эти дежурные приходили на работу и уходили с работы вместе с остальными сотрудниками: один шел впереди группы, а другой сзади, а часовые проверяли пропуска только у этих дежурных.

Мало кто знал, что у дежурных были не пропуска, а удостоверения офицеров, и не армейского образца, а красненькие, какие были приняты в МГБ и МВД. Остальные пассажиры автобусов были "спецконтингентом". В одних автобусах "спецконтингент" оживленно разговаривал на немецком языке; в других же разговаривать не полагалось, но на работе их пассажиры разговаривали по-русски. Это были заключенные из числа осужденных советских ученых и инженеров, и был среди них даже известный математик член-корреспондент АН СССР Кошляков Николай Сергеевич . К слову сказать, и сам Павел Николаевич успел побывать в лапах НКВД, но потом его освободили, и он даже стал носить форму сначала капитана госбезопасности, а потом инженер-полковника и генерал-майора ИТС действующего резерва. Но что поразительно: несмотря на установившиеся у нас доверительные отношения в последние годы его жизни, всякие мои попытки выведать у него, какие были против него обвинения, наталкивались на глухую стену, - мол, что вы, что вы, я ведь дал подписку о неразглашении! Однако СБ-1 очень быстро начало расширяться за счет приема вольнонаемных сотрудников, тесня приютивший его НИИ, отбирая у него одно помещение за другим. Во многих случаях при этом зачисляли по переводу в СБ-1 и специалистов НИИ, проставляя в их паспорта штампы о приеме на работу на предприятие п/я 1323 . Для этого номера остряки придумали название: "Чертова дюжина с перебором". Но охотников повторять эту шутку было не много: с нею нетрудно было загреметь в спецконтингент.

Еще меньше было желающих повторять кем-то придуманную расшифровку названия СБ-1: "Сын Берия" или "Сергей Берия". По мере расширения СБ-1 в нем появились два "немецких" отдела , разбавленных русскими специалистами, и один конструкторский отдел, большинство которого составляли заключенные, но было и не мало вольнонаемных; его техническим руководителем был Томашевич Дмитрий Людвигович бывший заместитель авиаконструктора Поликарпова , в свое время отсидевший за гибель Валерия Чкалова .

Создавались и отделы, в которых не было ни немцев, ни заключенных, хотя к некоторым из них прикреплялись 1-2 заключенных. Общая тенденция в руководстве отделами заключалась в том, что начальниками отделов (администраторами) назначались офицеры из команды Кутепова, а знающие дело специалисты назначались техническими руководителями. Читатель, вероятно, догадался, что на СБ-1 была возложена задача реализации идей по созданию нового вида оружия, изложенных в дипломном проекте Сергея Берия. Этот проект, по-видимому, был выполнен под руководством П.Н. Куксенко (естественно, вместе с Серго) на основе немецких трофейных научно-технических материалов в основном силами немецких специалистов.

Для выполнения работ по созданию системы оружия, получившей шифровое название "Комета", Куксенко и Серго добились откомандирования в СБ-1 наиболее сильных выпускников академии связи, которых Серго знал лично и которые стали его и Куксенко ближайшими помощниками. При этом в СБ-1 направлялись и те выпускники академии, которые были уже направлены в другие места. Куксенко и Серго, помимо своих административных должностей, приняли на себя обязанности главных конструкторов системы "Комета" и всю свою административную деятельность проводили в интересах разработки этой системы. Два главных конструктора на одной разработке - дело вроде бы невиданное, но они сумели работать по принципу: "Один ум - хорошо, но два ума - лучше". В то время в СБ-1 никто, - не исключая и основателей этой организации, - не мог знать, что СБ-1 станет колыбелью отечественных систем управляемого реактивного оружия. Никто не мог знать, что здесь будут созданы первые системы "воздух-море", "воздух-воздух", "берег-море", "воздух-земля", зенитно- ракетные (противосамолетные) системы, противоракетные системы, противотанковые управляемые ракетные снаряды, специальные системы космической техники, лазерные локаторы (как никто еще не знал, что появится такое слово - лазер). Никто не мог знать, что в СБ-1 (впоследствии КБ-1 ) вырастут новые производственные корпуса, в которых будут трудиться многотысячные коллективы первоклассных специалистов, и только убеленные сединой ветераны будут помнить о спецконтингентах, а КБ-1, расширяя свою тематику, будет выделять вновь создаваемые самостоятельные НИИ, КБ, ЦКБ, ЦНИИ. Я тоже не знал и не подозревал, что моя судьба может оказаться как-то связанной с СБ-1, что эта связь уже записана в книге кадровых судеб. Я даже не знал, как называется организация, в которой стал работать Сергей Берия, не знал, что к этой организации имеет какое-то отношение П.Н. Куксенко, не знал об этом даже тогда, когда нашу кафедру в военной академии посетили П.Н. Куксенко и А.Л. Минц - известные корифеи отечественной радиотехники, оба в форме полковников МВД. Особенно дотошно они интересовались созданной моими стараниями лабораторией сверхвысоких частот с самодельными приборами, собранными и изготовленными на кафедре. Демонстрируя эти приборы перед впервые увиденными мною знаменитыми радиоспециалистами, я не подозревал, что эта встреча явится предвестником серьезного поворота в моей судьбе, который произойдет в 1950 году.

Первой разработкой СБ-1 была система "воздух-море" (шифр "Комета" ), удостоенная в 1952 году Сталинской премии (главные конструкторы П.Н. Куксенко и С.Л. Берия).

Ссылки:
1. Ленинград, 1946, Академия связи, Серго Берия, поступление в КБ-1
2. Кисунько Г.В.: Ленинград, Академия связи, Серго Берия
3. СБ-1 (Специальное бюро N 1)

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»