Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Заключительные концерты в Новосибирске

Во вторник 12 марта, в 19.00, состоялся заключительный гала-концерт лауреатов - Галича , Кукина и Дольского . Началось все с того, что обком запретил выступление Галича, и тогда два других лауреата, помимо собственных песен, спели по одной его песне, и концерт состоялся. Но что властям Новосибирска удалось сделать - так это запретить видеосъемку последнего концерта. Пытаясь не допустить выступление Галича, они вновь предприняли попытку его сорвать. "Когда я подошел к залу Дома ученых,- вспоминал Галич,- я увидел три больших и пустых автобуса и несколько черных начальственных "Волг". Один из устроителей фестиваля с перепуганным лицом прибежал ко мне и сказал, что прибыло все новосибирское начальство, обкомовцы, и привезли с собой три автобуса, и они собираются устроить обструкцию. Я почему-то не очень испугался. Наоборот, я ощутил этакую веселую злость. Я выхожу на сцену и чувствую спиной ненавидящие взгляды этих самых молодчиков, буравящих меня сзади. Я начал свое выступление с песни "Промолчи", а потом "Памяти Пастернака". Я спел эту песню. Аплодисментов не было. Зал молчал - зал начал вставать. Люди просто поднимались и стоя, молча смотрели на сцену. Я оглянулся и увидел, что молодчикам тоже пришлось встать" [ 655 ].

В автобусах же находились те, кто по приказу начальства должен был устроить Галичу "сеанс народного гнева". Эту ситуацию подробно описала Раиса Берг : "Перед началом концерта я стояла в вестибюле. Подошел Галич. Анонимный звонок предупредил его, что два автобуса с рабочими Севзапсельмаша отправлены из Новосибирска в Городок на его выступление. Рабочие забросают его - "жидовскую морду, антисоветчика" - школьными чернильницами-непроливашками. "Я не боюсь. Я как пришел на своих ногах, так и уйду, но что будет с теми, кто приглашал меня и устраивал фестиваль?" - "Я старая женщина,- сказала я ему,- но, если кто- либо в моем присутствии позволит себе словесный выпад, не то что бросить в вас чернильницу, я, не задумываясь, буду бить его по морде. И таких, как я,- только к тому же молодых и сильных - в зале будет 90 процентов. Эти поборники советской власти делают свои дела в приемной у начальства или с оружием в руках во время обысков и арестов. Никто из них не решится даже пикнуть!".

Так и было. Галич пел у меня дома. Он рассказывал, что его вызвали в спецотдел Президиума Академии и проводили с ним воспитательную работу, упрекая его в антисоветской пропаганде. Он защищался, говорил, что он сатирик, поэт" [ 656 ]

Однако фестиваль на этом еще не закончился. Желающих послушать бардов, в таком количестве еще никогда не приезжавших в Академгородок, было так много, что организаторы решили устроить еще один прощальный концерт в кинотеатре "Москва". И гвоздем этого концерта стало, конечно же, выступление Галича, которое, по словам Леонида Жуховицкого, состоялось "уже к концу фестиваля, причем время выделили с 12 ночи. Этот концерт длился до четырех утра. Кинотеатр "Москва" вмещал тысячу человек. Пришло народу намного больше. Там были такие металлические двери. Эти двери выломали, и все, кто пришел, ворвались в этот зал, и до четырех утра слушали песни Галича" [ 657 ]. Об этом же концерте рассказал Валерий Меньшиков :

"Это был последний концерт, когда мы уже завершили фестиваль, и все-таки оставался концерт, объявленный в кинотеатре "Москва" в Академгородке. И тут началось. Он был объявлен в восемь часов вечера. Вдруг неожиданно возникает директор этого кинотеатра и говорит: "Вы извините, мы не можем этот концерт провести, потому что у нас на восемь - кинофильм, а нам надо план отрабатывать". Мы говорим: "Хорошо. На двенадцать часов". - "Нет, на двенадцать тоже нельзя". В общем, концерт начался где-то после двенадцати часов ночи. Многие там сидели приехавшие из Новосибирска, им спать негде было. Тем не менее они пришли на этот концерт, и концерт длился до четырех ночи. Там пускали всех уже - открыли двери, пожарники воевали, потому что выносили стулья на сцену, человек сто сидело на сцене, кто-то полулежал, кому стульев не хватило [ 658 ]. Вот это был завершающий аккорд фестиваля" [ 659 ]. После окончания заключительного концерта жюри назвало тройку лучших бардов фестиваля. Несмотря на запрет обкома, Гран-при был присужден Галичу . Второе место занял Кукин , третье - Дольский . На закрытии, перед вручением призов, все барды вышли на сцену и хором спели знаменитую "Бригантину" на стихи Павла Когана , погибшего в 1942 году: "В флибустьерском дальнем синем море / Бригантина поднимает паруса". А потом Анатолий Бурштейн начал награждать лауреатов. Юрию Кукину передали через москвичей (так как всем ленинградцам пришлось уехать, не дожидаясь закрытия фестиваля) приз "За лучшую песню об Академгородке" - химическую колбу, наполненную табачным дымом, который символизировал туман из его песни: "А я еду, а я еду за туманом, / За мечтами и за запахом тайги". На колбе было написано: "Туман Академгородка". Александра Дольского (также заочно) наградили шпагой, которой когда-то сражались на дуэлях. Это был приз "За лучшую песню о женщине", и его передали другому свердловчанину - Льву Зонову . Далее был вручен приз Сергею Чеснокову за активное участие в дискуссиях, и Бурштейн от имени прессы даже предложил присвоить ему титул "главного теоретика". И, наконец, главный приз фестиваля объявил Леонид Жуховицкий: "Все вы видели, каким успехом на концертах пользовался Александр Аркадьевич Галич (продолжительные аплодисменты). Товарищи, успокойтесь! Вы ему аплодируете не последний раз сейчас [ 660 ]. Но многие из вас не знают, что этот концертный успех - ничто по сравнению с тем колоссальным успехом, которым он пользовался на дискуссиях, потому что девяносто процентов времени было посвящено там именно песням Галича. Причем польза от этого была колоссальная, потому что одни были за, другие - против, но спор велся в таком темпе, что извилины у людей росли прямо на глазах (смех, аплодисменты). Мы сперва хотели присудить приз за самую бесспорную песню фестиваля, которая понравилась бы всем. Были такие песни, но никто почему-то не запомнил их названия. Это наше с вами общее упущение. Тогда мы решили за самую спорную, за самую острую песню фестиваля присудить приз именно Галичу. (аплодисменты)"[ 661 ].

Этим призом стал традиционный для русского писателя инструмент - пластмассовое "гусиное" перо, которое вместе с другими призами накануне закрытия фестиваля купил в киоске уцененных товаров Герман Безносов .

После церемонии вручения все участники фестиваля спели еще две песни: "Пиратскую" (1961) Юлия Кима ("По бушующим морям / Мы гуляем здесь и там, / И никто нас не зовет / В гости. / А над нами - черный флаг, / А на флаге - белый знак: / Человеческий костяк, / Кости!") и песню Александра Дулова "Хромой король" ("Железный шлем, деревянный костыль") на стихи бельгийского франкоязычного поэта Мориса Карема в переводе Михаила Кудинова [ 662 ]. Наконец, Анатолий Бурштейн произносит финальную фразу: "Разрешите официально закрыть наш праздник песни и пожелать всем нашим гостям дальнейших успехов. Спасибо вам, ребята!" В тот же день в памятном альбоме Германа Безносова Галич оставляет свой автограф: "Мария Волконская еще собирается, а я уже здесь, как будто всегда был здесь! Нет, видать, я и вправду рожден для Сибири! Спасибо вам всем, огромное спасибо. Галич. 12.03.1968г." [ 663 ]. (Для справки: когда в 1826 году князя Сергея Волконского, участвовавшего в восстании декабристов, сослали в Сибирь, его жена Мария Волконская отправилась вслед за ним; кстати, в 1968 году тема декабристов станет в творчестве Галича одной из центральных.) А на банкете по поводу закрытия фестиваля он оставил еще один автограф журналисту Виктору Славкину: "А все-таки, если даже будет плохо - пока хорошо. Галич" [ 664 ].

В книге отзывов клуба "Под интегралом" также сохранилось множество записей. Преобладали восторженные: "Фестиваль великолепен! Звезда его I - Галич!! II - Дольский!", "Галич - явление выдающееся и исключительное. Его нужно беречь!", "Галич меня потряс", "Одна просьба: устраивать почаще такие вот песни". Изредка встречались и гневные: "Песни Галича - возмутительная безыдейщина!" Но лучше всего суть фестиваля выражена в отзыве Танкреда Голенпольского : "Все говорят о мужестве бардов, а ведь это всего лишь честность" [ 665 ].

Ссылки:
1. ГАЛИЧ НА ФЕСТИВАЛЕ БАРДОВ ПЕСНЯ-68 В НОВОСИБИРСКЕ

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»