Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Ландау - убежденный сторонник Советской системы 1930

(Интервью для датского студенческого еженедельника, когда Ландау был у Бора )

"Мы редко имеем возможность из первых рук получать сведения об условиях жизни в Советском Союзе, особенно редко, когда речь заходит о положении интеллигенции в новой России. Считается - источником этого мнения в основном являются эмигранты, не бывшие в России со времени революции,- что подавляющее число интеллигенции этой могущественной империи было повешено, а немногие оставшиеся в живых подвергаются систематическим гонениям, что делает невозможным для них получение какой-либо работы. Говорят также, что не только снизился уровень общего образования, но и что те, кто у власти, ведут систематическую войну против интеллигенции, наука погибает из-за плохих условий работы, интеллектуальная жизнь чахнет и увядает из-за недостатка средств... Многие рассказы эмигрантов содержат конкретные примеры того, как плохо приходится тому или иному ученому. Примеры, без сомнения, имеют под собой жестокую действительность, но они ничего не говорят нам о теперешнем положении ученых и интеллигенции в Советской России.

"Studentersamfund" в следующем месяце организует встречу, которая поможет пролить свет на теперешние обстоятельства жизни интеллигенции в Советском Союзе. Администрация клуба смогла уговорить молодого русского ученого - физика доктора Льва Ландау, который в настоящее время находится в гостях в Копенгагене, выступить и рассказать о положении выпускников университетов в Советской России. Доктор Ландау молод, ему лишь 22 года, по после получения диплома об окончании Ленинградского университета он был назначен Советским правительством на работу в Институт теоретической фпзики в Ленинграде для проведения научных исследований. В течение последних полутора лет Ландау работал и учился в Германии и Швейцарии частично на стипендию, выплачиваемую ему Русским Комиссариатом народного образования, и частично на субсидию американского Рокфеллеровского фонда , а сейчас вместе с другими русскими и немецкими физиками (насколько я помню, из русских там был лишь Гамов, но были и представители других наций) принимает участие в небольших неофициальных конференциях по физике, устраиваемых нашим знаменитым соотечественником профессором Нильсом Бором в Институте теоретической физики университета. Здесь мы встретились с Ландау. Это оказался высокий человек, довольно хрупкого сложения, с любопытно длинными темными волосами (едва ли это может быть любопытным теперь) и умными темными глазами.

Наш разговор велся на немецком языке с вкраплением нескольких фраз на датском языке, который доктор Ландау осваивает во время своего пребывания в Копенгагене. "Все ли в Советской России могут стать студентами?" - спросили мы доктора Ландау.

"Да, могут все, но на практике обстоятельства таковы. Недостаток помещений и подобные причины делают необходимым отбор с помощью вступительных экзаменов из тех учеников, которые по окончании средней школы подают заявления о поступлении в университет или технический институт. Создавать новые учебные заведения очень дорого, и, конечно, в настоящее время основные усилия должны быть направлены на создание здоровой системы социалистического производства. Если принять это во внимание, удивительно то, что тем не менее, были найдены средства для расширения системы упиверситетов и научных институтов, произошедшее за последние годы, и значительные суммы, каждый год распределяемые государством в виде стипендий для студентов".

"Не делается ли это по причине того, что сейчас испытывается недостаток в кадрах с академическим образованием?"

"Да. Но во всяком случае в нашей стране нет безработмцы среди выпускников учебных заведений, что, как мне говорили имеется в Дании. Конечно, в настоящее время есть огромня нужда в способных людях с техническим образованием для создания новой системы производства и в хорошо подготовленных преподавателях для расширения системы начальных школ народного образования в целом. То, что интеллигенты благодаря лучшей образованности получают более высокую заработную плату,- это правда".

"Не приводит ли это автоматически к классовой структуре общества*"

"Да, можно так сказать, но эта структура в корне отличается от разделения на владельцев средств производства и рабочих в капиталистическом мире. Директора, управляют и высшие технические кадры на советской социалистически фабрике, как и рабочие этой фабрики, оплату своего труда получают от государства, поэтому администрация, как это было при капитализме, не может быть заинтересована в эксплуатации рабочей силы с целью получения наибольшей прибыли для владельцев средств производства. Частично владельцами средсти производства являются сами рабочие, которые поэтому разделяют интересы администрации. Но для того чтобы адмипистрация тем не менее не предпринимала шагов, неприемлемых для рабочих, они организованы в своего рода трудовые союзы, которые ведут переговоры с администрацией и защищают интересы рабочего человека. В Советской России нет эксплуатации большинства меньшинством, каждый человек работает во имя благосостояния всей страны и не существует непримиримого противоречия между рабочими и администрацией, они солидарны. Это подтверждается тем, что большинство интеллигентов: инженеров, учителей, юристов, врачей и т. д.,- выходцы из рабочих семей, и тем не менее при всеобщем равенстве во многих местах им отдается предпочтение перед выходцами из буржуазии. Такое сравнение, к примеру, проводится среди сдавших вступительные экзамены в университет или институт".

"Есть ли правда в утверждении, что власти отдают npeдпочтение тем интеллигентам, которые являются членами коммунистической партии, и преследуют тех, кто придерживается другого мнения?" "Ясно что государство должно противостоять попыткам погубить работу по социальному строительству, которые время от времени предпринимаются некоторыми эмигрантами, возвратившимися в страну только с целью саботировать пятилетний план. Но абсолютная нелепица, что для получения хорошей работы надо обязательно быть коммунистом. Мы, конечно, не одобряем тенденции военного диктата: "Ты будешь работать здесь и в это будешь верить!" Ничего подобного нет в нашей стране. Я сам не коммунист, и многие из моих коллег-ученых и других работников умственного труда не интересуются политикой, тем не менее они мирно работают".

"Так же ли обстоит дело с гуманитарными науками и теми теоретическими дисциплинами, которые не имеют прямой связи с работами по социальному строительству""

"Да. Конечно, следует сказать, что в годы сразу после революции на гуманитарные науки не обращали должного внимания, отдавая предпочтепие техническим наукам. Это было абсолютно необходимо, но теперь - другое дело. Лично я считаю, что сейчас слишком много средств тратится на псевдонауки, как, например, историю литературы, историю искусства, философию и др. Но что же делать. Разве не главное то, что мы имеем возможность наслаждаться хорошей литературой и искусством. Литературные, историко-искусствоведческие и метафизические безделушки ни для кого не представляют ценности, кроме идиотов, занимающихся ими. Кто поверит, что науку можно построить только на словах. Как я уже сказал, это только мое личное, субъективное мнение. Но, к сожалению, у нас в России есть несколько институтов с достаточно большим количеством людей, занимающихся этими науками".

Доктор Ландау оживился и стал жестикулировать узкими длинными руками. Когда я сказал ему, что у нас в Дании есть обязательный курс по философии, экзамен по которому необходимо сдать, чтобы быть допущенным к экзамену на диплом по любому предмету, его темные глаза весело засверкали: "Это не лучше, чем в нашей части мира".

Молодой доктор Ландау был истинным патриотом своей страны, и это видно по его ответам на вопросы. Как-то иностранные корреспонденты его спросили, как стать известным в Советском Союзе. Этот вопрос не представлял трудности для Ландау. "Die Frage wie man beruhmt wird ist an sich eine sinnvolle". ("Вопрос, как стать известным, не является бессмысленным",- вежливо сказал он. Различие между бессмысленными и небессмысленными вопросами, играющее такую важную роль в объяснении явлений квантовой механики, всегда фигурировало в аргументации Ландау.) Затем он продолжал: "Ответ на этот вопрос прост. Нужно только сделать хорошую работу. Если вам случится когда-либо сделать какую-либо ценную работу, даже вы можете стать знаменитым".

Следующий вопрос был более трудным: "Wie steht es mit der Lehrfreiheit" ("Что можно сказать о свобод преподавания?"). Ландау ответил: "Необходимо провсти различие между бессмысленными и небессмысленными областями знания. Небессмысленными являются математика, физика, астрономия, химия, биология, бессмысленными - теология, философия, особенно история философии, социология и т. д. Теперь ситуация проста. В преподавании небессмысленных дисциплин существует полная свобода. Что же касается бессмысленных наук, я должен признать, что некоторому способу мышления отдается предпочтение перед другим. Но в конпе концов не имеет значения, какой вздор предпочитается другому (ob man den einen oder den anderen Quasch be-vorzugt)". Бедный Ландау. Он вышел тогда сухим из воды, хотя, должно быть, и знал, что в то время в России теория относительности и квантовая механика подвергались нападкам. Несколько лет спустя история Лысенко положила конец всем иллюзиям относительна свободы существования "небессмысленных" дисциплин. Встать па защиту советской политики, назвав все философские, социальные и большинство гуманитарных наук вздором, было очень вызывающим высказыванием но даже этот жест высшей самонадеянности вскоре покажется недостаточно убедительным.

Ссылки:
1. Ландау в Копенгагене: Нильс Бор, 1931
2. ЛАНДАУ В ЛФТИ 1927-1931

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»