Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

Гагарины - начало Войны

Тот воскресный день июня сорок первого ворвался в нашу жизнь, как в жизнь всех советских семей, неожиданно. Алексей Иванович по колхозным делам был с утра в сельсовете, оттуда пришел почерневшим: война! Уже в первые дни отправились на фронт наши деревенские парни. Первыми ушли комбайнеры, трактористы, шоферы. Вскоре каждая семья стала семьей фронтовика. Ушел добровольцем на фронт мой младший брат Николай, были мобилизованы муж младшей сестры Ольги, муж Марии, братья Алексея Ивановича. Сам Алексей не мог вступить в ряды Красной Армии: еще с младенчества одна нога у него была короче другой. В мирной жизни это не особенно замечалось - Алексей Иванович мастерил себе сам специальную обувь, так что хромота не бросалась в глаза. Но ощущать он ее всегда ощущал: на здоровую ногу падала двойная нагрузка, и Алеша к концу дня уставал сильно. Замечала это только я по особенной тяжести походки, но жаловаться было не в его характере. То обстоятельство, что не может он стать красноармейцем, очень на Алексея Ивановича подействовало. Всю жизнь он жил и работал, как все. А тут вдруг исключение. Он стал мрачным, угрюмым. В первые дни войны заболел тифом . Пролежал Алексей Иванович в больнице около двух месяцев, вернулся похудевшим до измождения. После первоначальной растерянности пришла особенная собранность. Нам, колхозникам (а точнее, колхозницам), нужно было кормить армию. Враг захватил Прибалтику, Украину, Белоруссию.

В то время я работала свинаркой. С фермы ушли на фронт все мужчины. Мы, женщины, работу поделили между собой. Свиноферма у нас в колхозе была знатная, а молодняка в том сорок первом было много. Нужно было сохранить поголовье, выполнить задание по поставкам мяса. Выполнили. Наступил сентябрь. Старшие мои отучились. Теперь об образовании Зои и речи не шло. Она работала в колхозе. Валентин остался на селе, не пошел в школу, не уехал в Москву на завод, как задумывали. В колхозе каждая пара рабочих рук была на вес золота. Военная пора, забравшая мужчин, требовала работы от подростков. Но все-таки один школьник у нас был.

Хоть тогда учиться ребята начинали с восьми лет, а Юре только шел восьмой, он, мечтавший о школе уже давно, 1 сентября 1941 года отправился в первый класс. Даже в тот военный сентябрь мы постарались все-таки отметить такой день. Я с утра пораньше побежала на ферму, а к восьми была уже дома. Провожали Юру братья, Зоя и я. Он шел гордый, в наглаженной матроске, с Зоиным портфелем, в котором лежал аккуратно обернутый в газету его первый учебник - букварь.

Война не давала о себе забыть, ни на минуту. Дни и ночи шли через деревню беженцы . Люди рассказывали, как катится вал фашистских армий, как уничтожают они наши города, села, как бомбят мирных граждан. С запада в сторону Москвы пролетали немецкие бомбардировщики. "От Советского Информбюро..." Вести были страшные. Пали Рига, Таллин, Вильнюс, Минск, фашисты обложили Одессу, двигались к Ленинграду, а потом в сводках замелькали и совсем близкие названия: Ельня, Смоленск. В село пришли первые "похоронки"... Слово "мобилизация" вошло в наш деревенский быт. Мы тоже считали себя мобилизованными, потому что работали для фронта.

Однажды мы услышали нарастающий шум мотора. Казалось, что самолет идет прямо на нашу ферму. Все свинарки выскочили во двор. Это был наш, советский самолет, ясно было, что с ним что-то случилось. Летел он так низко, что казалось: вот-вот врежется в землю. Но он все тянул в сторону от построек, а потом упал недалеко от нашей избы. Пришла домой - младших нет, сразу догадалась: побежали к самолету. А тут в небе показался еще один краснозвездный самолет, он сделал круг, другой и приземлился на сухом твердом пригорке. Чуть спустя прибежал Юра . Глаза горят от возбуждения, хочет поскорее мне все рассказать, сбивается. Но я все-таки поняла. Первому летчику удалось выпрыгнуть из кабины над самой землей. Он даже не поранился. Ругался на гитлеровцев, кулаком им грозил. Подбежал летчик с другого самолета. Они расстегнули плоские кожаные сумки, а там карты. Юра пересказывал каждую мелочь, передавал каждое движение, все время повторял слово "летчик": "Летчик спросил: "Как ваша деревня называется?" Летчик сказал: "Ну гады, ну фашисты - заплатите!" Потом удивился: "Вы почему с портфелями?" И сказал: "Молодцы! Надо учиться!" Летчик расстегнул кожаную куртку, а на гимнастерке у него - орден. Летчики - герои. Они сражались в Испании. А орден называется - Боевого Красного Знамени. А еще он мне дал подержать кожаную сумку. Она планшеткой зовется. Мама! Вырасту - тоже буду летчиком!"

- Будешь, будешь! - говорила я ему, а тем временем поставила в кошелку крынку молока и положила хлеб. Отнеси им, сынок! Да пригласи в дом. Но летчики не покинули машины. Дотемна не возвращались и ребятишки. Только поздно ночью пришли они домой. Юра все повторял фамилию, которую назвал ему первый летчик. После космического полета Юрий получил письмо из города Горького. Бывший военный летчик Ларцев писал, что он хорошо помнит тяжелый воздушный бой в сентябре 1941 года, вынужденную посадку у смоленского села, помнит и группу ребятишек, которые рассматривали боевую машину, а потом принесли поесть. И еще он писал: ему кажется, что он припоминает мальчишку, который все повторял: "Я буду летчиком, дядя!"

Мог ли он, пилот военных лет, предположить, что на деревенском лугу в тяжелом сорок первом повстречался с будущим первым космонавтом Земли?

Ларцев писал, что болеет - дают о себе знать раны войны. В ту сентябрьскую ночь летчики остались у боевых машин. Утром мы услышали рев взлетевшего с пригорка самолета, увидели, как на болоте горит первый истребитель. На втором летчики улетели воевать дальше. Позаботились, чтобы ничего из оставшегося самолета не досталось наступавшему врагу.

Фронт приближался. Однажды, как по тревоге, в школу собрали молодежь, военный из Гжатска сказал, что фашисты забрасывают на нашу землю десантников. Их надо выявлять. Предложил создать из молодежи, комсомольцев оперативные группы по пять-шесть человек, который должны патрулировать по селу и ближайшим окрестностям. На эти ночные дежурства из нашей семьи ходили Зоя и Валентин . В первый вечер навострились пойти с ними и младшие. Но Алексей Иванович прикрикнул: Не шуточное дело! Юра пытался возразить: А Зоя? Зоя комсомольское поручение выполняет! Зоя большая. Пока ходили они дозором, я все прислушивалась: не будет ли где стрельбы, судьбу молила, чтобы все обошлось.

Ссылки:
1. ГАГАРИНЫ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

Рейтинг@Mail.ru

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»