Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

ПРИКАЗ ЕЛЬЦИНА ВЫПОЛНЕН, НО ШТУРМА БЕЛОГО ДОМА НЕ БЫЛО

В ту ночь с 3 на 4 октября 1993 года оба спецподразделения с полным вооружением и боеприпасами прибыли в Кремль. Те, кто приглашал их в кремлевские палаты, были, как ни странно, уверены: следует сказать "фас!" - и бойцы бросятся выполнять приказ. А приказ был страшен. Следовало войти в Белый дом и "покончить с красно-коричневыми". Нельзя сказать, что приказ этот был внове для командиров и бойцов "Альфы" и "Вымпела" . За спиной остались десятки "горячих точек" - Степанакерт , Ереван , Баку , Тбилиси , Кишинев , Душанбе . На их глазах разваливалась страна, махровый национализм набирал силу, экстремисты раздували пламя гражданской войны. Огромные усилия, сложная оперативная работа порой сводились на нет бездумными действиями политиков. Бойцов бросают в бой политики. Были, всегда были конкретные люди на политическом Олимпе, отдававшие приказы. Они и сейчас вещают о своей приверженности демократии. Но не по вине ли этих "демократов" бойцов "Альфы" приговаривали к смертной казни в Литве, называли "убийцами", "головорезами КГБ", плели о них небылицы, выдумывали леденящие кровь истории? "Так не достаточно ли?" - спрашивали с экранов телевизоров в тот поздний октябрьский вечер ветераны "Альфы". Верно спрашивали. Такой вопрос хотели бы задать и действующие бойцы спецподразделений. Но на то они и действующие, то есть люди в погонах. А значит, для них приказ свят. Так их воспитывали с младых ногтей. Правда, в последние годы политики постоянно заставляли усомниться в незыблемости этого постулата. И добились-таки своего. Командиры и бойцы "Альфы" и "Вымпела" захотели услышать приказ из уст первого лица государства - президента. Об этом они и попросили в ту ночь генералов Михаила Барсукова и Александра Коржакова .

Как дальше развивались события? В своей книге "Записки Президента" Борис Ельцин так описывает утренние драматические часы 4 октября 1993 года: "Около пяти утра ко мне пришли начальник Главного управления охраны Михаил Барсуков и его первый заместитель, начальник охраны Президента Александр Коржаков и попросили, чтобы я встретился с офицерами спецгрупп "Альфа" и "Вымпел". По их тону понял: что-то не в порядке. Но не стал ничего уточнять. Сразу же сказал: у меня нет времени с ними встречаться, перед ними поставлена конкретная задача, пусть выполняют. Барсуков кивнул. Они вышли. Прошло примерно полчаса, и Михаил Иванович вновь попросил разрешения зайти ко мне. Войдя в кабинет, он сказал: "Борис Николаевич, очень вас прошу, надо с ними встретиться, давайте не со всей группой, а хотя бы с командирами подразделений, старшими офицерами. Волнуются ребята, все-таки такое задание. Их ведь второй раз посылают на Белый дом!" Я подумал немного. Ответил: "Хорошо, встречусь". Вскоре мне доложили, что командиры подразделений, всего около 30 человек, собрались на третьем этаже, ждут меня. Я шел к ним, а чувство тревоги, беспокойства, какой-то безнадежной тоски не покидало меня. Вошел в зал, собравшиеся встали, приветствуя меня. Я посмотрел на них, почти все опустили глаза в пол. Решил не тянуть резину, сразу спросил: "Вы готовы выполнить приказ президента?" В ответ - молчание, жуткое, необъяснимое для элитного президентского воинского формирования. Подождал минуту. Никто не проронил ни слова. Я громко произнес: "Тогда я спрошу вас по-другому: вы отказываетесь выполнить приказ президента?" В ответ опять тишина. Я обвел взглядом всех их - огромных, сильных, красивых. Не попрощавшись, пошел к дверям, сказав Барсукову и Зайцеву, командиру "Альфы", что приказ должен быть выполнен".

Думаю, в этом отрывке Борис Ельцин достаточно точно передает весь накал и драматизм ситуации. "Дальнейшая история с "Альфой" и "Вымпелом", - пишет президент, - развивалась следующим образом. Обе группы отказались принимать участие в операции. Барсукову с трудом удалось их убедить хотя бы просто подойти к Белому дому", Но что же было потом, когда они подошли? Да, действительно, генералу Барсукову потребовалось много сил и нервов, чтобы заставить "Альфу" и "Вымпел" выдвинуться к Белому дому. Однако все это было потом, во второй половине дня. Но президент умалчивает о главном. Вопрос власти мог решиться в ту трагическую ночь прямо в Кремле. И наутро уже не было бы никакого противостояния, борения, танков на мосту и десятков убитых и покалеченных как с той, так и с другой стороны. Рассказывает полковник запаса Сергей Проценко , бывший начальник отдела подразделения "Вымпел" :

- Начало было таким. В 3.15 утра 4 октября руководство подразделений "Вымпела" и "Альфы" пригласили в кабинет президента. Тут же и Барсуков с Коржаковым. Сели вдоль стены, напротив стол Ельцина. Он выступил перед нами. По всему чувствовалось, Борис Николаевич сильно взволнован, находится в нервном напряжении. Помню, он сказал: "Надо покончить с красно-коричневыми, иначе этот бандитский разгул приобретет необратимые для страны последствия". Может, в каком-то слове слегка и ошибся, но за всю фразу точно ручаюсь. Мы все молчали, понимали, что от нас хотят. Ельцин спросил, есть ли вопросы. Стараясь как-то спасти ситуацию, Дмитрий Михайлович Герасимов сказал что-то о малых силах. Ельцин, уже стоя, отрезал: "Хватит сил". На этом наше общение с президентом закончилось. Дальше общались с Коржаковым . А теперь представим состояние командиров - того же Герасимова, Зайцева, да и тех, что рангом пониже. Приказ получен от первого лица государства. Он должен быть выполнен, как записано в уставах (читай: законах для людей военных), "точно и в срок". Иначе? Иначе в зависимости от обстановки! Если по законам военного времени расстрел. Если по законам мирного - тоже не легче: трибунал.

Часто люди штатские, например журналисты, особенно женщины-журналисты, никогда в армии не служившие и воспринимающие слово "приказ" примерно так же, как просьбу завотделом, от которой можно запросто отмахнуться, отшутиться, берутся судить людей в погонах. И судят, и осуждают, не понимая, перед каким страшным выбором стоят эти люди. А ведь если поразмыслить объективно, непредвзято, у бойцов "Вымпела" и "Альфы" и выбора-то не было в ту поистине трагичную ночь. Не выполнить приказ - стало быть, пойти против президента и обратить себя в преступников, борьбе с которыми они посвятили жизнь. Чудовищно! Но выполнить приказ - это пролить море крови. Что означает это в реальности - "покончить с красно-коричневыми"? А то и означает - "покончить". Представим себе на минуту ужас того боя и состояние после него. Кто они теперь, эти "профи" антитеррора? Разве в Белом доме засели террористы? Вот какие вопросы стояли перед каждым из них. Поначалу они пытались найти ответы на них у непосредственных начальников генералов Барсукова и Коржакова. Однако вскоре поняли, что они тоже не знают ответов. Знают одно: президент приказал. Что ж, приказ они слышали своими ушами. Хотя порой казалось, лучше бы оглохнуть в ту минуту.

Вспоминает Сергей ПРОЦЕНКО : - Пришли мы в зал, здесь же, в Кремле, где в эту ночь располагались, стали думать: что делать? На памяти девяносто первый. Вильнюс , Тбилиси . И вот тогда, в ходе этих тяжких раздумий, я понял: очень трудно найти и подготовить Александра Матросова. Ведь думали мы не о себе, нет. А как же будем стрелять в своих людей? Неужели нельзя найти другое решение? С "Альфой" были вместе, не делились. Мы, старики, знали друг друга с 1979 года. Те, кто помоложе, - с конца 80-х. В Афганистане вместе, по "горячим точкам", считай, заодно мотались, учения совместные. Так что скрывать было нечего. Словом, собрались, давайте искать варианты. Не идти нельзя, идти тоже нельзя. Раздавались, конечно, и резкие заявления более молодых ребят. Стоп. Вот тут и начинается главное. Начинаются недовольства отданным приказом. И если старшие, более опытные, пытаются найти выход, молодежь рубит с плеча!

А теперь представьте себе - два мощных, высокопрофессиональных подразделения с оружием в руках, только что покинувшие кабинет президента, начинают "митинговать", вернее сказать, "обсуждают создавшееся положение". Разумеется, рядом с командирами и бойцами несколько высокопоставленных сотрудников Главного управления охраны. Они крайне напуганы. Кто знает, чем закончится это "горячее обсуждение"? Ведь противостоять этим "рэксам" спецназа в Кремле просто некому. Мальчишки - солдаты Кремлевского полка охраны не в счет. А если? Ведь так уже было в истории.

"После смерти великого государя ( Петра I ) все сенаторы и сановники империи согласились возвести на престол великого князя Петра Алексеевича, внука императора. На другой день рано, прежде, нежели прибыл князь Меншиков, они собрались в императорском дворце. Все вообще ненавидели князя, и в особенности генерал-прокурор Ягужинский . Перед залой, где собрались сенаторы, была поставлена стража. Князь Меншиков явился туда, но его не пустили, тогда он, не делая никакого шума, возвратился в свой дворец, в котором ныне помещается Кадетский корпус, позвал к себе Ивана Ивановича Бутурлина , подполковника гвардейского Преображенского полка, и попросил его привести поскорее роту гвардейцев. Когда это было исполнено, князь Меншиков пошел с ротою прямо к императорскому дворцу, выломал дверь комнаты, где находились ceнаторы и генералы, и объявил императрицею и законною русскою государыней Екатерину I , коронованную императором в Москве в мае месяце предшествовавшего года. Никто не ожидал такого смелого поступка от князя Меншикова, и никто не решился воспротивиться объявлению Екатерины императрицей, которой в тот же день принесли присягу на верность гвардия, полевые полки и гарнизон, а равно сенаторы, министры, высшее дворянство, наконец, коллегии и проч., и проч.". Это отрывок из записок генерал-фельдмаршала графа Бурхарда Кристоф Миниха , современника Петра I и свидетеля восхождения на трон Екатерины I. Однако вернемся снова в год 1993-й. Теперь "ротой гвардейцев" могли стать подразделения спецназа "Альфа" и "Вымпел". Однако некому было претендовать на роль Меншикова, да и командиры и бойцы спецназа не помышляли о свержении существующего президента. Хотя случись такое - нет сомнения, российский парламент узаконил бы их действия в тот же день. И сегодня в России были бы другие президент, парламент, правительство. Испуг кремлевских чиновников был велик: откуда-то появились автоматы, кто-то тащил пулемет, но офицеры "Альфы" и "Вымпела" поступили иначе. Рассказывает Сергей ПРОЦЕНКО :

- Все-таки каким-то образом мы смогли убедить большинство, что время есть, надо думать, искать. И главное - убеждать руководство в принятии другого, бескровного решения. Погрузились в автобусы, выехали из Кремля, остановились в улочке рядом с Генштабом. Подъехал к нам Барсуков . Стали предлагать свои варианты. Ну, например, стрельба раздается с двух сторон. Окружаем Белый дом, прочесываем все чердаки, крыши, помещения, и уже оттуда нет ни одного выстрела. А отсюда, со своей стороны, легче остановить огонь. Увы, предложения отвергались. Было одно: надо идти, выдвигаться, и все. Тогда прямо в лицо Барсукову говорили: стрелять не будем. Очень тяжелое впечатление произвели действия ОМОНа в районе зоопарка . Они жестоко били людей. Это не ожесточило нас, произвело обратный эффект. Надо было что-то делать. Ведь, право же, странно представить профессионалов "Альфы" и "Вымпела" в рядах зевак, окруживших плотным кольцом Белый дом. Нет, они не зевали. Все эти часы напряженно искали выход. С одной стороны, приказ президента и настойчивые усилия Барсукова выдвинуть их к Белому дому, с другой - люди, засевшие в здании Верховного Совета. Люди вооруженные, неплохо обученные, готовые к бою. Стало быть, однозначно штурм - это кровь, убитые и раненые, это война. Гражданская война. Были моменты, когда казалось выхода нет, как нет брода в огне. И все-таки брод был найден.

Сегодня, спустя многие месяцы после тех событий, мы готовы все разложить по полочкам, кто действовал так, а кто этак. Но представьте себе состояние командиров - генералов Геннадия Зайцева и Дмитрия Герасимова , людей, вполне осознающих, что такое приказ. Приказ президента. Кто, собственно, задумывался тогда над этим? Милиция, ОМОН, танкисты на мосту? Сдается мне, были такие люди, Зайцев и Герасимов не одиноки. Но на острие событий оказались именно они. История не имеет сослагательного наклонения. Однако представим себе на минуту - "Альфа" и "Вымпел" с боем вошли в Белый дом. Но на его этажах засели не пацаны с детскими пугачами. Право же, там были не только машинистки и водопроводчики, но и люди, умеющие стрелять и бросать гранаты. Какая страшная трагедия ожидала Россию! Как удалось бы ей жить и выживать с этой памятью? Не знаю. А кто сегодня знает, чего стоили те дни командирам и бойцам "Альфы" и "Вымпела"? Чего стоят они теперь? Думаю, это тема отдельного разговора. Пока же возвратимся в те октябрьские дни. Начнем все по порядку. 

На ступеньках парадной лестницы Белого дома появились люди в непривычной форме темно-оливкового цвета, в бронежилетах и касках. Об этих касках я уже писал - они не только бронированы, но и стопроцентно защищают, освобождают руки для боевых действий. Навстречу им шагнули милиционеры и люди в штатском, стоявшие в оцеплении. - Вы кто? - прозвучал вопрос.

- Мы сотрудники группы "А".

- Ваше воинское звание? - спросили первого, стоявшего на верхней ступеньке.

- Подполковник. И тогда человек в штатском, пропустив двух бойцов группы, закричал в мегафон, обращаясь к защитникам Белого дома:

- С вами хотят говорить сотрудники группы "Альфа"! В эту минуту оружие "альфовцев"-парламентеров лежало на парапете ограждения Белого дома, а в руках подполковника, назвавшегося Владимиром, был кусок колючей проволоки, обмотанный бинтом. Белый дом безмолвствовал. Так началась операция, значение которой до сего дня не понято и не оценено. Может быть, со временем аналитики, психологи, историки, раскрыв секретные документы, придут к выводу, что от гражданской войны спасли нас не устрашающие танки на мосту, а группы "Альфа" и "Вымпел" . Пусть даже не от гражданской войны, а просто от дальнейшей бойни, от крови и смертей. Да, группам "А" и "Вымпел" приказали войти в Белый дом, а они вошли туда с белым флагом. У кого сегодня поднимется рука бросить в них камень? Если мы еще не сошли с ума, понятно каждому это было единственно верное, спасительное решение. Как горько шутят теперь в "Альфе", подполковник Владимир провел последнюю сессию Верховного Совета России. Он выступил перед депутатами и сказал, что "Альфе" поставлена задача овладеть Белым домом. "Мы давали присягу и должны выполнить приказ. Наше подразделение создано для борьбы с терроризмом и организованной преступностью. Но вы не террористы, а избранники народа. Сейчас не время для решения политических споров. Сейчас надо думать, как спасти ваши жизни. Сотрудники группы ни одного выстрела не сделали по Белому дому. Для переговоров нас сюда никто не посылал. Мы сами решились на этот шаг", подытожил он. Потом последовали предложения: бойцы "Альфы" решили, не проливая крови, закончить противостояние. Они готовы сложивших оружие вывести из Белого дома, гарантировав неприкосновенность. А вот как действовал "Вымпел".

Вспоминает Сергей ПРОЦЕНКО : - Часов в 15 стали выдвигаться к Белому дому. Гремели выстрелы, падали люди. Мы видели: по мере затягивания конфликта жертвы будут расти. Я со своим отделом выдвинулся вдоль здания к центральному входу. У Белого дома стояли тысяч пять человек. Никто не мог объяснить, что это за люди - сторонники парламента или наоборот. Подошли ближе, присмотрелись. Стало ясно - это не сторонники Белого дома. По взглядам, возгласам можно было понять: они рвутся туда не с благими намерениями. Конечно, толпились и журналисты, фотокорреспонденты. Пришлось вытащить милицию с задних рядов, поставить вперед и с их помощью потихоньку, культурно теснить толпу. Уговаривали: мол, пули летят не резиновые. Поставили свое оцепление. Я поднялся с центрального входа на второй этаж. В зал, где сидели депутаты, не входил, стал на входе их просить, уговаривать покинуть Белый дом. Потом пошли на четвертый этаж к Руцкому . Навстречу нам вышли офицеры с оружием, с автоматами. Приперли к стенке вначале. Минут семь объяснял. Тут же депутат Тараненко был. Он меня проводил к Руцкому. Долго мы говорили с Руцким в окружении депутатов. Обстановка напряженная. Они нервничают, я нервничаю. Как мог убеждал: чем раньше выйдем, тем раньше все закончится. Главное, вывести людей, чтобы никто не погиб. Было много вопросов, заявлений, мол, мы не вели огонь, нас хотят расстрелять. Словом, мне не доверяли. Мне кажется, перелом произошел после того, как Сажи Умалатова сказала: "Я верю этому полковнику". Вижу, и Руцкой к моему предложению склоняется. 

Вот так работали бойцы "Вымпела" и "Альфы" в Белом доме: уговаривали, убеждали, давали гарантии, на которые не были уполномочены. Случалось всякое: порой в висок упирался ствол пистолета, и тогда вновь начиналась беседа. Спокойно, собрав в комок нервы. Один из бойцов "Вымпела", Сергей Климентьев , рассказывал мне: когда они вышли из Белого дома, он проверил у своих подчиненных оружие. За целый день его люди не сделали ни единого выстрела. Однако, как показало время, уговорить защитников Белого дома было полдела. Уговорили, спустились на первый этаж, а что дальше? Как теперь обеспечить людям обещанную безопасность?

Вспоминает Сергей ПРОЦЕНКО: - Руцкой, Хасбулатов и еще человек сорок спустились вместе с нами в фойе первого этажа. И вот тут начались проблемы. Спустились, а нас там никто не ждет и никому мы не нужны. А люди все подходят и подходят. Толпа растет на лестнице, на лестничной площадке. Пытаюсь связаться по рации - не удается. Спустился по лестнице вниз к бронетранспортерам, вышел на связь с командиром группы "А" генералом Зайцевым. Представился, я такой-то, вышел в фойе с Руцким, Хасбулатовым, другими депутатами. Дал гарантии безопасности. Зайцев попросил меня подождать. Ждем, ответа нет. Снова непонятные вопросы, дело к вечеру. Пытаюсь шутить, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Но меня начинают спрашивать: где автобусы? То и дело, словно костры, шли вспышки напряженности, выкрики: "Не пойдем! Будем стоять до последнего!" Спустился второй раз, попросил автобусы, БТРы сопровождения. Вскоре к нам поднялся с группой людей Коржаков . Когда он представился, толпа закричала, взволновалась. А тут еще его охрана бросилась обыскивать. Пришлось этот обыск резко пресечь, иначе не знаю, чем бы все кончилось. Коржаков спросил: "Где Баранников, Макашов?" Я ответил, что со мной только Хасбулатов и Руцкой. Он дал команду доставить их в Лефортово. В это время подошел транспорт. Подвели Макашова. Его, Хасбулатова и Руцкого я посадил в автобус, туда же вошел Коржаков с охраной. Когда отъезжали от Белого дома, Хасбулатов в окно увидел пляшущих людей. Они прыгали, смеялись. Спросил: "Что за люди, почему себя так ведут?" Я ответил: "Наверное, радуются". "Они еще горько об этом пожалеют", - сказал Хасбулатов. Это были его единственные слова. Руцкой говорил много. Что военные обещали поддержать, звонили, выражали поддержку. Называл фамилии. И вот предали! В конце сказал: "Передай привет Герасимову. Я его выручал в Афганистане". Так мы и доставили их в Лефортово . Увезли Руцкого, Хасбулатова, Макашова, однако в Белом доме еще оставались сотни людей. Надо было вывести их, обеспечить им безопасность. А сделать это непросто. Ведь далеко не все зависело от подразделений. Так, когда бойцы "Альфы" и "Вымпела" находились в Белом доме, со стороны гостиницы "Мир" ударил гранатомет, его поддержали пулеметы, танки на мосту. Люди у парадной лестницы разбегались, падали ниц. Остались стоять лишь несколько бойцов группы "А". Взмахами рук, сигналами радиосвязи пытались остановить стрельбу. Белый дом сдавался. Так кому же понадобилась столь грубая и однозначная провокация? Сегодня никто не может сказать, была ли это случайность или преднамеренное провоцирование защитников Верховного Совета на открытие огня. Это еще предстоит выяснить. Но, увы, что было, то было. Но кто мог гарантировать, что огонь не будет открыт по безоружным людям, когда они покинут стены Белого дома? Много ли надо для новой кровавой трагедии? Представьте себе состояние бойцов "Альфы" звучит провокационный выстрел из толпы? Что делать - закрывать пленников собой или отвечать огнем на огонь? Но попробуй ответь - какой бы вой поднялся в прессе: "Альфа" расстреляла защитников демократии! А подобное вполне было вероятно.

Вспомните слова писателя Юрия Черниченко , который на весь мир призывал своих соотечественников "раздавить гадину". Там, на ступенях Белого дома, оставалось немало тех, кто готов был выполнить приказ литератора- гуманиста - убивать, давить, линчевать.

Надо сказать, что опасались "Альфа" и "Вымпел" и провокаций со стороны милиции. Да-да, от родной московской милиции. Уже погибло несколько сотрудников МВД, постоянно шла дезинформация: якобы захваченных милиционеров не отпустили, а расстреляли в Белом доме. И милиция зверела, забыв о законе. В октябре "Комсомольская правда" опубликовала диктофонные записи радиопереговоров милиции и Белого дома, сделанные ночью и днем 4 октября. Привожу несколько фрагментов, которые точно отражают настроение сотрудников МВД. (Условные сокращения: М. - милиция, Б.д. Белый дом. Текст оригинала сохранен полностью, убрана лишь матерная брань). Ночь перед штурмом Белого дома. Время приблизительно 3 часа 30 минут.

М.: Телевизор смотри: как наших били. За это можно не только в дерьмо, а вообще шкуру содрать.

М.: Вот и сдерем ее тогда.

М.: Там одни урки собрались, там людей нет нормальных.

М. Мы их перевешаем на флагштоках, на каждом столбе.

М.: Хорош болтать. Когда штурм будет?

М.: Скоро будет, скоро, ребята.

М.: Руки чешутся,

М.: Мужики, в Белом доме живых не брать.

Б.д.: Кстати, мы ваших отпустили, таких же, как ты.

М.: Ну а мы вас живыми брать не будем, скоты.

М.: Руцкого вешать. Утро. Время включения записи не установлено.

Б.д. (еле слышно, слабым голосом): Всем, всем. Срочно "Скорую помощь".

М.: Подохни, собака, там.

М.: В ЦМТ мои, по-моему, снайпера задержали. Доставлять или нет?

М.: Стреляй его на месте. И все-таки, несмотря на подобные настроения милиции, это были лишь предположения и опасения, которые следовало предвидеть, по возможности просчитать и предупредить. Но примерно в это время прозвучал реальный выстрел, который тоже мог стать роковым. Погиб офицер "Альфы", младший лейтенант Геннадий Сергеев .

Рассказывает боец группы "А" Юрий ТОРШИН :

- Геннадий Сергеев был лучшим в нашем отделении. Он проработал в группе несколько лет, накопил опыт. Физические данные у него хорошие рост метр восемьдесят пять, каратист, прекрасно стрелял. Так вот, втроем - я, Финогенов и Сергеев - выехали на БМП к Белому дому. Вокруг была неразбериха, и нам хотелось разобраться в обстановке самим, понять, что происходит, Наша БМП вышла в тыл Белого дома. Картина предстала ужасная: стоят какие-то шалашики, палаточки, люди обросшие, человек сорок. Кто они? В общем, приехали, осмотрелись. Из ближайшего подъезда Белого дома выбежала женщина в милицейской форме, в кителе без погон, с девочкой на руках. Мы ее посадили в свою БМП, пытались что-то расспросить, но напрасно. Она была так напугана, что не могла говорить. Из Белого дома не стреляли. Огонь вели из соседних домов. Мы вышли с Геннадием из БМП, чтобы помочь раненым. По дороге - один мертвый, второй. Наткнулись на солдатика в бушлате, каска рядом валяется. У него ранение в бедро. Берем его, несем. Я подхватил под мышки, Сергеев за ноги. Попадаем под огонь снайперов. Сначала мы и не поняли, что пристреливают нас, но потом пули цок-цок рядом. Только успел сказать: "Гена, пригибаемся и делаем бросок", - как он ойкнул, выпустил ноги солдата, сначала сел, потом упал на спину. "По-моему, меня зацепило", - простонал он, а я вижу, в паху на брюках растекается кровь. Невдалеке стояла БМП, солдатам кричу, зову на помощь. С двумя мне не управиться. Подбежали, забрали солдатика. А я, как в кино, пытался Геннадия па плечо взвалить. Оказывается, это не так просто. Взвалить-то взвалил, а подняться не могу. В нем весу под девяносто килограммов, да бронежилет, амуниция, оружие. В общем, опустил, под мышки потащил, а он просит: "Сделай мне укол". Уколол его, тут мне солдаты помогли. Загрузили Гену в БМП, рванули к "Скорой помощи". Пока ехали, Геннадий стал холодеть. Я уши ему растирал, а у него взгляд уже туманный, не разговаривал, не стонал. Выехали к магазину "Олимп", где стояли машины "Скорой помощи", они его на носилки, раздели, стали осматривать. Спрашиваю: "Вы в какой госпиталь его повезете?" А врач посмотрел на меня и тихо так отвечает: "В морг." Скажу сразу, выстрел был не из Белого дома. Если бы стреляли оттуда, пуля бы попала в спину, а не в левый бок. Откуда стреляли, думаю, теперь вряд ли удастся узнать. Ясно только, что выстрел оказался прицельный. Президент в своей книге пишет: "После того как бойцы "Альфы" узнали, что погиб их товарищ, никого уже не надо было уговаривать. Почти вся команда пошла на освобождение Белого дома". Выходит, что бросок этот получился как бы спонтанным и бойцы вошли в здание Верховного Совета, дабы отомстить за кровь товарища. Нет, они никому не мстили. Во-первых, неизвестно, кому мстить. Вместе с известием о тяжелом ранении Геннадия Сергеева пришло и другое предупреждение: пуля прилетела не из Белого дома. Тогда откуда? Почему? Всякий стреляющий видел: боец "Альфы" не готовился к бою, он выполнял свою святую человеческую миссию помогал истекающему кровью раненому. Но гибель товарища - это волна ненависти. Возможно, на эту ненависть кто-то и рассчитывал. Авось не разберутся, ошибутся и умоют ненавистный Белый дом волной крови. Есть и такая версия. Но есть и другая: на войне как на войне - пуля, как ни горько сознавать, оказалась шальной. Ни ту, ни другую версию пока не удалось подтвердить. И кто знает, удастся ли? Белый дом сдавался.

Подполковник Владимир, выйдя из здания, объявил о живом коридоре из бойцов группы, через который пройдут защитники Белого дома. Предупредил: если кто-то из посторонних подойдет к сотруднику ближе пяти метров и создастся опасность для покидающих здание Верховного Совета - будет применена физическая сила, а при необходимости и оружие. Мне удалось посмотреть видеозапись. Навстречу оператору по парадной лестнице шли люди - разоруженные защитники Белого дома. Очень разные, кстати говоря, были люди. Помните, как кричал неизвестный милиционер в эфир: "Там одни урки, там людей нет нормальных". Примерно так и обрабатывалось общественное мнение: мол, в Белом доме засели бандиты, убийцы, фашисты. Да, были там, возможно, и урки. Но были и приднестровские бойцы, и казаки, и армейские офицеры, и рабочие, и депутаты. Как сказал президент, все они сыновья России. Ну а как и почему оказались там, надо долго думать властителям нашим. Что же касается "Альфы" и "Вымпела", то им не простили страха той ночи. Еще бы, две группы спецназовцев решали, кому быть у власти. Правда, утром 4-го у власти был Ельцин . Но об этом теперь говорят как о само собой разумеющемся. Ну что ж, как пел народный бард, "жираф большой - ему видней". См. "Вымпел" после путча

Ссылки:
1. АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ ГРУППА (СПЕЦПОДРАЗДЕЛЕНИЕ) АЛЬФА

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»