Оглавление

Форум

Библиотека

 

 

 

 

 

"СЕМЬ СИМЕОНОВ" 1988, на аэродроме Вещево предотвращен угон самолета

8 марта 1988 года на военном аэродроме Вещево, что под Ленинградом , был предотвращен угон самолета "Ту-154". Цена этого теракта велика - сгорел дотла авиалайнер, погибло, включая пятерых террористов, 9 человек, 19 человек ранено. Врачи госпиталя, куда доставили пострадавших, сделали 32 операции. На пяти столах одновременно оперировали пострадавших военные хирурги. Всю ночь, до рассвета, продолжалась борьба за жизнь 26-летнего ленинградского аспиранта Игоря Мойзеля . Пуля, пробив поясницу, прошла навылет через легкое. Поражает признание самого Мойзеля, сделанное уже после выздоровления. Когда на борту самолета прогремел взрыв и авиалайнер загорелся, заложники стали прыгать вниз, на бетонку. Игорь раньше других оказался у открытого люка. Прыгнул, указывая спасительный путь другим. На земле оказался первым. Казалось бы, опасность миновала.

"Я упал на землю, на корточки, - рассказывает Игорь, мне завернули руки назад, прижали лицом вниз к бетонному покрытию и выстрелили в спину. Боли я практически не почувствовал, затем меня подняли, провели вперед на несколько метров, положили вниз лицом и велели лежать с руками за головой. Пока меня тащили, били ногами, стараясь попасть в лицо и по голове, но я закрывался руками". Сколько раненый Мойзель пролежал на бетонке, трудно сказать. Когда его подобрала "Скорая помощь", врач Е. Кочетова уже с трудом прощупывала пульс. Кто же стрелял в Игоря, пинал ногами? Террористы этого уже не могли сделать, к тому времени они были мертвы. Оставшиеся в живых спрятались за кресла. Убивали Мойзеля его так называемые спасители. Те, кто пришел вызволять заложников из лап бандитов, имея мало представления о том, что и как делать. Что тут сказать? Не дай нам бог впредь еще таких спасителей. Однако заклинания вряд ли помогут. Ибо трагедии, подобные ленинградской, время от времени повторяются. И не только в нашей стране.

См. самолет египетской авиакомпании

теракте на борту нашего "Ту-104"

теракте на борту "Боинга-737", летевшего в Бомбей Мы привели только три случая гибели десятков людей от рук террористов, назвали три адреса: Ленинград, Валлетта, Карачи. Тысячи миль между ними - cеверо-запад Европы, Средиземноморье, Азиатский континент. Но их объединяет то, что люди оказались заложниками не только воздушных бандитов, но и невольными жертвами малоопытных, неподготовленных бойцов спецслужб. Как не вспомнить предупреждение полковника Чарльза Беквита: нельзя частично заниматься борьбой с террором, даже талантливый дилетант не сможет соперничать с ними; только профессионалы способны на равных вести бой с международными террористами.

Оставим в покое ошибки египетских и пакистанских коммандос. Но как случилось, что у нас, при существовании мобильной, высокопрофессиональной группы антитеррора, имеющей достаточно богатый опыт борьбы с воздушными бандитами, разыгралась эта кровавая бойня?

Вспомним, что в первые же минуты после посадки террористы увидели солдат с оружием, бегущих к самолету, вспомним выпрыгивающих из горящего лайнера пассажиров, которых принимали за бандитов и встречали на земле ударами прикладов. Как это далеко от профессионализма, как не похоже на умелые, расчетливые действия "Альфы"! В том-то и весь секрет трагедии под Ленинградом 8 марта 1988 года - группа "Альфа" не имела ровным счетом никакого отношения. Захваченный самолет взорвался в тот момент, когда вертолет "Альфы" заходил на посадку на аэродроме Вещево. Бойцы приникли к иллюминаторам, увы, уже было поздно. Им осталось только постоять у догорающего остова самолета. Они были единственными людьми, кто мог с самого начала помочь заложникам. Однако нашлись "ответственные работники", которые, приняв сообщение о захвате самолета, быстро смекнули: дело особой сложности не представляет, какие-то юные музыканты во главе со своей мамой, вооруженные обрезом, захватили самолет. Соберем силы припугнем, смотришь, можно и дырочку для ордена вертеть. Широкая грудь "ответственных" так и осталась без орденов. Но оказались смертельно раненными ни в чем не повинные люди. Или, быть может, это чужая боль?

Только кто даст гарантию, что завтра она не станет нашей болью, когда пуля террориста настигнет нас с вами? Никто такой гарантии не даст.

Потому хотелось бы вспомнить заново, как все это было в весенний день 1988 года. Не только вспомнить, но и навсегда сохранить в памяти. Может статься, скоро в полет. Конечно, трудно поверить на тихой, благословенной земле, что внезапно обрушатся на тебя такие страсти- мордасти, но ведь пилоты и пассажиры самолета "Ту-154" * 85413, следующего из Иркутска, тоже не верили! Даже получив угрожающую записку:

"Следовать в Англию (Лондон). Не снижаться. Иначе самолет взорвем. Вы находитесь под нашим контролем", - бригадир бортпроводников Ирина Васильева не поверила. Так и сказала командиру корабля Валентину Куприянову : мол, не пойму, может, столь оригинальная шутка по случаю 8 Марта?

Командир корабля не разделял оптимизма бортпроводницы. Он отдал ясные и четкие команды: с этого момента в пилотскую кабину не входить, связь поддерживать по телефону, выяснить, действительно ли реальна угроза, что конкретно требуют террористы? Всего через несколько минут девушки поняли справедливость слов Куприянова. Когда Тамара Жаркая и Ирина Васильева появились во втором салоне, в конец которого ушла после посадки в Кургане семья Овечкиных , они увидели направленные в грудь стволы охотничьих обрезов. - Вдвоем не подходить! Одной оставаться на месте! раздался окрик.

15.01. Главный центр управления воздушным движением получил информацию из Ленинграда: на траверзе Вологды вооруженными преступниками захвачен самолет "Ту-154". Высота полета 11 600 метров.

Бандиты обнаружили себя после вылета из Кургана. Пассажиры хвостового отсека с удивлением увидели, что молодой человек в сером свитере и фетровом берете не пускает людей в туалет. Не пустил женщину, потом ребенка. Не успел подняться со своего места мужчина, как услышал резкую команду: "А ну сядь!?" Он обернулся - два парня подняли обрезы и направили их в пассажира.

15.15. Борт самолета * 85413 информировал землю: в салоне 11 угонщиков. Остаток топлива на 1 час 35 минут полета. Кто они, угонщики?

15.22. Удаление самолета от Ленинградского аэродрома Пулково 180 километров. 15.30. Начальник смены главного центра УВД передает на борт: бортинженера можно выпустить в салон для переговоров. Соблюдать меры предосторожности. Бортинженер Иннокентий Ступаков вышел во второй, задний, салон. Едва вошел, крик: "Стоять! Дальше ни шагу!" Как можно спокойнее предложил: "Подойдите кто-нибудь один, поговорим." Сошлись на середине салона, сели в кресла по разные стороны прохода. Террорист нервничал:

- Требуем лететь в Лондон!

- Горючего не хватит. У нас топлива едва до Ленинграда. Надо садиться на дозаправку.

- Тогда садитесь за границей!

- Хорошо, - сказал Ступаков, - я доложу командиру.

Чтобы не подвергать риску пассажиров, экипаж первоначально принял решение лететь за рубеж. "Земля" дала "добро". Но чем ближе лайнер подходил к Ленинграду, тем яснее становилось: до ближайшего финского или шведского аэродрома не дотянуть. В Кургане самолет был дозаправлен, но ровно настолько, чтобы долететь до Ленинграда, на крайний случай - до запасного аэродрома в Таллине. Если же следовать в Финляндию, то у неизвестного аэродрома пришлось бы маневрировать, изучать подходы, тут и могло бы кончиться топливо. Как быть? Садиться в Ленинграде или Таллине? А если террористы узнают город с высоты? Обещание взорвать "бомбу" более чем реально. "Земля" приказывает уходить на запасной аэродром, который находится в стороне от Ленинграда. Самолет делает разворот почти на 180 градусов. А в салоне раздаются истеричные крики террористов:

"Что такое? Что происходит? Почему самолет поворачивает? Всех взорвем!"

К бандитам бросается бортпроводница Тамара Жаркая , пытается их успокоить, объясняет: самолет делает маневр перед посадкой в финском городе Котка. По громкой связи звучит сообщение: лайнер идет на дозаправку в Финляндию, просим пассажиров оставаться на своих местах, пристегнуть ремни, сохранять спокойствие.

15.55. "Ту-154" у цели. Впереди аэродром Вещево . Высота 1500 метров. Командир корабля Валентин Куприянов запрашивает "землю": какие рекомендации? Рекомендация одна - продолжать переговоры. Самолет резко идет на снижение. Низкая облачность. Преступники беспокоятся, требуют сделать круг над землей. Но у пилота свой план: надо скорее посадить лайнер. 16.05. Самолет произвел посадку. Потом в десятках публикаций, в разных вариациях прозвучит одна мысль теперь все зависело от профессионалов другого ведомства. Операция вступила в самый ответственный, завершающий этап. Но именно посадка ознаменовала и первый просчет: пилоты, пассажиры и, конечно же, террористы увидели, как от края летного поля к лайнеру бегут солдаты. Знакомые шинели, фуражки, автоматы Калашникова. Бандиты понимают: их провели. Гремят первые выстрелы, пока предупредительные, в салонную переборку. Преступники требуют, чтобы экипаж вышел из кабины и выстроился лицом к стене. Командир корабля передает через бортпроводницу Ирину Васильеву о подходе автомобиля-заправщика. Вновь в салоне крики:

"Взлет! Взлет! Не нужна дозаправка, взорвем!" Василий и Дмитрий Овечкины ломятся в дверь пилотской кабины, бьют ногами, прикладами обрезов, стремянкой. Грозят:

"Если экипаж не будет подчиняться, начнем убивать пассажиров". Тамара Жаркая просит их успокоиться, уговаривает: "Не надо стрелять! Взорвется самолет, погибнут люди. Сейчас подойдет заправщик, и полетим дальше". Двое бандитов хватают ее за руки и усаживают с собой. А через несколько минут Дмитрий Овечкин , красавец трубач в ансамбле "Семь Симеонов", убивает Тамару. Подошел первый заправщик. С борта самолета видно, как находящийся на заправщике офицер спешно срывает с шапки кокарду. Люди, стоящие у края летного поля, делают жесты, тоже понятные всем они направляют действия штурмующих. Обстановка накаляется.

Василий рвется в кабину: "Открывай! Иначе кого-нибудь застрелю".

Олег бегает с оружием по салону и истерически орет:

"Не смотрите на меня - перестреляю!"

Командир передает в салон: при дозаправке без бортинженера не обойтись. 17.04. С борта самолета сообщили: разрешение на выход бортинженера получено. Иннокентию Ступакову ловко удалось выскользнуть из кабины, да так, что никто из преступников не успел проникнуть к пилотам. Вот он уже на крыле, открыл горловину, опустил в нее шланг. Бандиты внимательно следили за каждым его движением. 17.12. Первый дозаправщик заправил самолет. С борта требуют второй. 17.18. Напряжение на земле растет. Спасатели на вертолетах перебазировались ближе к самолету. Рейсовые самолеты огибают опасный район. 17.20. Угонщики, угрожая оружием, требуют немедленного вылета в Хельсинки. 17.50. К "Ту-154" подошел второй заправщик. 18.10. Заправка окончена. Теперь перед Ступаковым стояла задача вновь проскользнуть в кабину, не дав прорваться туда бандитам. Но как это сделать? Овечкины "пасут" каждый шаг. Поднявшись на борт, Иннокентий передает бандиту стремянку, просит: "Подержи, надо люк закрыть". Пока тот возится со стремянкой, удается совершить обратный маневр. В это время - вызов по СПУ. Кто-то из террористов, взяв трубку у бортпроводницы, спрашивает:

"Почему не взлетаешь, командир?"

"Надо развернуться, жду тягач". - "Жди, но только пять минут, понял? Не взлетишь, взорвем самолет!" 18.35. Два человека из группы захвата поднялись в кабину. Начинается подготовка к обезвреживанию бандитов. 18.50. Продолжаются угрозы взорвать самолет. Бортпроводники проявляют выдержку. В 19.10 самолет тронулся с места, и группа рванула дверь пилотской кабины. В те дни газета "Известия" дальнейшие события живописала так: "Сразу началась бешеная стрельба. Через несколько секунд дверь захлопнулась. Два бойца, разрядившие пистолеты в преступников, упали на пол кабины, обливаясь кровью. Их раны, к счастью, оказались не опасны для жизни". В том, что "два бойца разрядили пистолеты", сомнения нет, но вот в кого? Преступники не получили и царапины. Куда же летели пули, в кого палили два бойца? Вот что рассказывает участница тех событий, бортпроводница Валентина Николаева :

"Они приоткрыли дверь и начали беспорядочную стрельбу по салону, не видя и не думая, что, кроме преступников, здесь находятся бортпроводницы, пассажиры. Пули летели не в преступников, а в мою сторону. Я присела, закрыв голову руками, пули летели над головой, через панель, в пассажиров первого салона".

Старший следователь военной прокуратуры Ленинградского военного округа майор юстиции Андрей Ковалев , который вел следствие, так оценивает действие группы захвата: "От экипажа группе захвата было известно, чем вооружены преступники, но это не помогло". "Когда в нас понесся град выстрелов, - рассказывали они, мы подумали, что стреляют из автомата?" В ответ сами стали палить из пистолетов. Прикрывшись щитами, стреляли вслепую в конец салона, где находились Овечкины. Ранили пассажира, майора Я. Таюрского . Он сидел в трех-четырех метрах от кабины самолета, из которой вела огонь группа захвата. Вместе с ним пострадали еще три человека. И только чудом можно объяснить тот факт, что в такой перестрелке не поубивали пассажиров, находившихся в салоне самолета? Замечу, так действовали не солдаты срочной службы, а профессионалы, которые за свой труд получают деньги".

Не прав старший следователь только в одном: хотя бойцы группы захвата получают деньги и числятся в профессионалах, они далеки от этого высокого звания. Такие же "профессионалы" действовали и в хвостовой части самолета. Ничего лучшего они не придумали, как, открыв люк, разрезать ножом коврик под ногами прямо у бандитов. Однако было бы неверно во всем случившемся обвинять только группу захвата.

От первого своего шага в аэропорту Иркутска до последней минуты в горящем самолете террористы Овечкины встречались с вопиющим непрофессионализмом. Исключение составляет, пожалуй, только экипаж самолета - не теряющие самообладания пилоты, мужественные бортпроводники. Остальные - крепко повязаны неумением работать, низкой служебной квалификацией. Первыми, кто сказал бандитам "счастливого полета", была смена иркутского аэропорта под руководством капитана милиции К. Джикая . На выходе номер три в тот день контролировали посадку и вели досмотр ручной клади сержант В. Макеев , младший сержант В. Журнист , в также диспетчеры отдела перевозок Г. Сергеева и И. Богомолова . Кроме ручной клади и инструментов, других вещей у Овечкиных не было. Ничего подозрительного в поведении пассажиров милиционеры не обнаружили. Да особенно придирчиво и не присматривались, ведь это ж "сами Овечкины", музыканты, гордость области. Один из старших братьев даже попытался поставить контрабас в рентгенотелевизионный интерскоп. Галина Сергеева попросила положить инструмент на стол, дернула "молнию" на чехле, махнула рукой: проходи! Вот и вся проверка. О действиях группы захвата и тех, кто "встречал" на земле убегающих из горящего самолета пассажиров, мы рассказали.

Надо добавить, что и в верхнем эшелоне руководства операцией профессионализма было не больше. Начальник управления КГБ по городу и области генерал-лейтенант В. Прилуков руководил операцией непосредственно из - Ленинграда. Как? На этот вопрос он отвечал сам: "Держал связь с Москвой". Однако эта драма, потрясшая в свое время страну, хоть и не такая далекая, но уже история. Она забывается и, возможно, ее не стоило бы ворошить, если бы жизнь не рождала новых "Симеонов", на пути которых по-прежнему оказываются "профессионалы", работа которых оплачивается человеческой кровью и жизнями.

Ссылки:
1. Жаркая Тамара
2. Николаева Валентина
3. Куприянов Валентин
4. АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ ГРУППА (СПЕЦПОДРАЗДЕЛЕНИЕ) АЛЬФА
5. Васильева Ирина

 

 

Оставить комментарий:
Представьтесь:             E-mail:  
Ваш комментарий:
Защита от спама - введите день недели (1-7):

 

 

 

 

 

 

 

 

Информационная поддержка: ООО «Лайт Телеком»